– Очень многое, – продолжила она, – зависит от того, как Папа решит действовать – или, в соответствии с моими верованиями, что ему подскажет Бог. Последний Папа был не слишком эффективен в деле решения проблемы развращения малолетних служителями Церкви. Но новый Папа мог бы её решить. И он мог бы положить конец целибату священников. Мог бы смягчить политику в отношении абортов. Мог бы признать гомосексуалистов.
– Как это – признать? Они у вас выглядят по-другому?
– Нет, в том смысле, что Церковь считает однополые отношения грехом. Но новый Папа может что-то изменить в этом и многих других вопросах.
– А что ты сама о них думаешь?
– Я? – сказала Мэри. – Ну я за выбор – за то, чтобы женщина имела право решать, хочет она прервать беременность или нет. Я ничего не имею против гомосексуалистов. Я не думаю, что священников следует заставлять хранить целибат. И, уж конечно, я не считаю, что брак должно быть очень непросто расторгнуть. Понятное дело, этот вопрос сейчас для меня самый важный: мы с Кольмом согласились на аннуляцию – это, в сущности, означает заявить перед Церковью и Богом, что нашего брака никогда не было, так что его можно вымарать из регистрационных книг. Теперь же… – Она помолчала, затем продолжила: – Теперь же, я думаю, нам следует немного подождать и посмотреть, что будет делать новый Папа. Если он позволит католикам разводиться, оставаясь в лоне Церкви, я стану гораздо счастливее.
Незнакомый неандерталец склонился над ними:
– Мы начинаем снижение. Пожалуйста, пристегните вашу дочь.
Для поездки к обнаруженному Хаком месту Понтер вызвал транспортный куб. Водитель-мужчина поначалу, похоже, ехать туда не хотел – хижина находилась довольно далеко от Окраины Кралдака, – но Понтер в конце концов его уговорил. Куб полетел над обнажениями коренных пород, лавируя между рощицами деревьев и срезая напрямик через небольшие озерца, к указанному месту.
Прибыв в пункт назначения, они выгрузились и приблизились к постройке. Это было нечто вроде бревенчатого сруба, только брёвна не лежали горизонтально, а были поставлены на попа. Понтер постучал в дверь – никакого ответа. Он повернул дверную ручку, по форме напоминавшую морскую звезду, открыл дверь, и…
И малышка Мега громко взвизгнула.
У Мэри кровь буквально застыла в жилах. На противоположной стене прямо перед ней, освещённый столбом падающего сквозь дверной проём света, висел гигантский череп…
Этого не могло быть, но…
Но выглядел он именно как череп циклопа. Деформированная черепная коробка с огромной глазницей посередине.
Понтер подхватил дочь на руки и принялся её успокаивать.
– Это просто череп мамонта, – сказал он. И Мэри поняла, что он прав. Бивни были удалены, а на месте отверстия в центре при жизни был хобот.
Понтер позвал Вессан по имени, но в хижине была лишь одна-единственная большая комната с обеденным столом посередине и единственным стулом, шкурами на полу, каменным очагом с охапкой дров и грудой одежды в углу: спрятаться внутри было попросту негде. Мэри развернулась и выглянула наружу, надеясь разглядеть Вессан, но она могла быть
– Учёный Боддет! – Это был водитель транспортного куба.
Понтер вернулся к двери.
– Да? – крикнул он в ответ.
– Сколько вы здесь пробудете?
– Я не знаю, – ответил Понтер. – Думаю, не меньше одного деци.
Водитель немного подумал.
– Тогда я съезжу поохочусь, – объявил он наконец. – Давненько не выбирался так далеко от города.
– Удачи! – крикнул Понтер, махнув ему рукой. Вернувшись в хижину, он подошёл к лежащей в углу груде одежды, взял из неё рубашку и прижал к носу, глубоко вдохнув. То же самое он повторил с ещё несколькими предметами одежды, потом кивнул Мэри.
– Хорошо, – сказал он. – Теперь я знаю её запах.
Понтер взгромоздил Мегу на плечи и вышел в открытую дверь. Мэри последовала за ним, закрыв дверь за собой. Понтер раздул ноздри, втягивая в себя воздух, и пошёл вокруг дома. Немного не завершив полный круг, он остановился.
– В той стороне, – сказал он, показывая на восток.
– Здорово, – сказала Мэри. – Пошли.
Маленькие неандерталки знают всё о собирательстве, но редко видят охотника за работой; Мега была в восторге от нового приключения. Даже с дочерью на плечах Понтер шагал через лес по каменистым обнажениям на удивление резво, Мэри с трудом за ним поспевала. В одном месте они спугнули оленей, которые тут же убежали; в другом при их приближении в воздух поднялась стая странствующих голубей.
Мэри не слишком хорошо умела оценивать пройденное в лесу расстояние, но они, должно быть, одолели не меньше шести-семи километров, прежде чем Понтер, наконец, указал на видневшуюся в отдалении фигуру, склонившуюся над ручьём.
– Вот она, – тихо сказал он. – Вессан от нас с наветренной стороны, так что, я уверен, нас ещё не заметила.
– Хорошо, – сказала Мэри. – Давай подойдём ближе.
