Стать объектом насмешек всей школы — это то последнее, что Джастину сейчас было нужно.
========== Part 1.2. ==========
Дебби Новотны стояла, прислонясь к прилавку. Сегодня снова было мало посетителей. Две недели назад температура резко упала. Особо холодная погода всегда плохо влияет на бизнес. Дебби сквозь окно смотрела на мальчика, неспешно шагавшего по улице. «И снова тот же мальчик», — подумала она. Он двигался так, словно земной шар покоился на его плечах. Обычно у Дебби не было времени подмечать, что во время её смены происходит на улице. В закусочной всегда была толпа, но когда ударяли морозы, у нее появлялась возможность отдохнуть. Дебби нахмурилась.
— Эд, у меня перерыв! — надевая толстое шерстяное пальто, крикнула она повару. — Я ненадолго, минут на десять.
— Да ты с ума сошла: выходить на улицу, когда в этом нет никакой необходимости! — крикнул ей в спину Эд.
Дебби улыбнулась. Да, выходить на улицу в подобную погоду — безумие, но ей было любопытно. Последние несколько дней один и тот же мальчик проходил по улице мимо закусочной, и ей стало любопытно, почему. Впрочем, она догадывалась о причине. Детям, которые знают о своей нетрадиционной ориентации, и так нелегко. Но особенно тяжело тем, кому не с кем об этом поговорить. Она уже достаточно давно была членом РСДЛГ*, чтобы с первого взгляда узнать ребенка, у которого кризис. К тому моменту, как она вышла на улицу, мальчик уже прошёл мимо витрины. Дебби увидела, как он торопливо направился к автобусной остановке и уселся на скамейке. Она пошла за ним и уселась рядом. Через пару минут она повернулась к нему и улыбнулась.
— Холодно сегодня, да?
Джастин озадаченно поднял голову. Он не знал, что ответить. Кто женщина, сидевшая рядом с ним, он знал. В последние дни он неоднократно её видел, и она ему казалась достаточно милой.
Дебби обратила внимание на школьную форму мальчика. Сейнт-Джеймсская Академия находилась на противоположном конце города. Ее приятельница по РСДЛГ отправила дочку именно туда.
— В последнее время я вижу тебя здесь каждый день. Живешь где-то рядом?
Джастин смутился и отрицательно замотал головой.
— Нет ничего неправильного в том, чтобы быть геем.
Джастин кивнул, но ничего не ответил.
— Мой сын гей, — улыбнулась Дебби. — Мой брат — тоже.
Возможно ли, что эта женщина говорит правду? Джастину стало любопытно: и сын, и брат?
— Вы что, живете прямо под высоковольтной линией электропередач или в какой-то иной аномальной точке? — до тех пор, пока сидящая рядом с ним женщина не начала хохотать, Джастин и не догадывался, что проговорил это вслух.
— Возможно, в твоей теории что-то есть, — улыбнулась она, — но я уже вижу в ней слабое место. Если бы всё было так, как ты говоришь, я была бы лесби. Я думаю, люди — либо геи, либо натуралы потому, что они такими родились, — Дебби заметила, что мальчик держит в руках альбом. — Ты любишь рисовать?
Впервые за время разговора Джастин улыбнулся, и Дебби потрясённо подумала, что его улыбка осветила все вокруг.
— Да.
Она протянула руку и коснулась альбома.
— Можно?
Джастин кивнул и стал смотреть, как она листает страницы. В альбоме были в основном портреты. Джастин порадовался, что это тот альбом, который он брал на урок рисования. А вот его отец нашёл совсем другой альбом, тот, в котором не было ничего, кроме мужских членов, голых задниц и тяжелых, полных спермы яиц.
— У тебя хорошо получается. Тебе следует выставить какие-нибудь из работ на выставку в ЦГЛ, — улыбнулась она. — Хотя тамошние завсегдатаи предпочли бы что-нибудь попикантнее, что-нибудь с голыми членами, — рассмеялась она. — Что-нибудь в подобном стиле у тебя есть?
— Я… У-у-у… Э-э-э… — промямлил Джастин.
— Что бы ты сейчас ни сказал, шокировать меня тебе не удастся, — усмехнулась она. — Забыл что ли: у меня сын гей и брат гей?
Джастин рассмеялся.
— Да, после оживлённой научной дискуссии мы смогли установить, что высоковольтные линии электропередач здесь совершенно не при чём.
— Это точно.
— А в вашей семье все мужчины геи? — спросил он.
На мгновение Дебби задумалась.
— Два последних поколения - да. Есть хочешь?
Джастин был приятно поражён её откровенностью. Уже две недели он приходил на Либерти авеню, и эта женщина оказалась первым человеком, с которым он смог нормально поговорить. Предложений лишить его невинности поступало огромное количество, но делались они в такой форме, что желания это сделать почему-то не возникало. Джастин даже испытал что-то вроде облегчения, что с ним заговорил кто-то, кто его не пугает, даже если эта женщина не гей и не лесби.
— Немного, — шёпотом ответил он.
— Почему бы тогда нам не пройти туда, где теплее? — улыбнулась Дебби.
— Мне следует ехать домой, — пожал плечами он, - но, наверное, перекусить можно, — на самом деле есть ему хотелось сильно, желудок уже давно требовал пищи.
Дебби улыбнулась.
— У нас самая лучшая еда. А лимонные брусочки я готовлю лично, — с гордостью заявила она.
Джастину стало любопытно, что такое лимонные брусочки, но спрашивать он не рискнул, опасаясь, что не готов услышать правду.
— А как у вас с чизбургерами?
