Приехавшие сотрудники ФСБ заканчивали свою работу. Тела и останки убитых боевиков, упаковали в мешки и погрузили в кузов грузовика. Несмотря на опасения парней, особисты особо не донимали расспросами. Быстро сняв показания с Сереги, Лапы, Степанца и лейтенанта из внутренних войск, больше вопросов не задавали. Солдат, так вообще не стали опрашивать. Вопросы задавал следователь, одетый в гражданку. Только висевшая под рукой кобура с пистолетом, говорила о принадлежности к спецслужбам. Задавая вопросы, поинтересовался, почему документы взорвавшегося англичанина и его разгрузка оказались целыми. Автомат бандита, Сергей предусмотрительно оставил рядом с «журналистом».
— А хрен его знает. Мы же разгрузку с документами, нашли в стороне. А этот англичанин прятался метрах в двадцати от основной группы. Снял, наверное, может в туалет ходил. Или просто мешала она ему, — ответил на вопрос Сергей.
— А как Вы объясните второй взрыв? Ведь от пули тротил не мог сдетонировать.
— Может он сам подорвался. Увидел, что окружен, выхода нет. Вот и взорвал сам себя. Может идейный был. Такие тоже встречаются.
— Жаль, что никого не взяли живым, — расстроено произнес следователь.
— Простите, не знаю Вашего звания. Скажу честно, даже если бы и взяли, то до Вашего приезда он бы не дотянул, — и Сергей показал, на фотографии, изъятые у англичанина.
— Спасибо за откровенность. Мое звание майор. И что даже тюрьмы не испугались бы? — следователь глядел в глаза Сергея. Выдержав внимательный взгляд, который улавливал малейшее отклонение в поведении, Сергей спокойно ответил.
— Ха, тюрьма. После того, что видел и пережил здесь, тюрьмы я не боюсь. По крайней мере, там нет развешанных по веткам внутренностей и оторванных голов. Да, по причине того, что я сотрудник МВД, сидел бы я в ментовской зоне. А там я бы, по крайней мере, стал паханом. Учитывая статью, по которой бы меня посадили, — весело закончил Сергей.
— Интересная позиция. А зачем раздели убитых? Наши западные коллеги, да и наши правозащитники, характеризуют такие действия, как глумление над убитыми.
— Это уже не мы. И причем тут глумление? Им же не отрезали уши и яйца. Подумаешь, сняли солдаты с дохляка ботинки. Так пусть Родина лучше одевает. Хотя конечно, это мародерство, но учитывая обстоятельства и личность «потерпевших», считаю это нормальным. А можно я задам вопрос? Или здесь только Вы имеете право спрашивать?
— Да нет старшина, валяй, — следователь достал сигареты, предложил Сергею, закурил сам.
— А что Вы делаете с пленными наемниками? Интересно просто. Сажают их или как? — взяв из предложенной пачки сигарету, прикурив и выпустив порцию сизого дыма, спросил Серега.
— Иногда сажают. Но зачастую просто депортируют на родину. Мне тут один три раза уже попадался. Его домой отправляют, а он снова сюда приезжает.
— Тогда я их лучше сразу мочить буду, чтобы тебе майор, работу облегчить. Кстати у тебя нет фотки этого, который уже три раза. А? Дай, если есть. Встречу, и ты его больше не увидишь.
— К сожалению нет. Спасибо тебе за предложенную помощь, старшина, но я как нибудь сам. Ладно, свободен, — смеясь, закончил следователь.
Серега пожал следователю руку и вышел из полумрака бункера, где происходил разговор, на улицу. Жмурясь от яркого света, ударившего по глазам, пошел к ждавшим поодаль парням. Рядом с Вдовиным, Лапой и Степанцом стоял Асоян. Они о чем-то, оживленно беседовали.
«Батя» прислал Асояна и еще двух юридически подкованных офицеров, на тот случай, если особисты попытаются взять парней в оборот, такое тоже часто случалось на этой странной войне. Будучи любителем, вставлять фитиля подчиненным, комбат, тем не менее, никогда не давал их в обиду. За это и еще за то, что он никогда не прятался за их спины, «Батя» и был горячо любим личным составом.
— Ну, что спрашивал следак? О чем говорили? — Герман смотрел внимательными глазами на Сергея.
— Обсуждали прелести жены Вдовина. На Леха, ты Танькину фотку в бункере обронил, — весело ответил, протягивая найденную фотографию Вдове, Серега.
— Блин, выпала из кармана, — Алексей спрятал фото во внутренний карман куртки.
— А если без шуток? — снова спросил Асоян.
— Без шуток. Умный мужик. Интересовался, как это от автоматной пули взрывчатка могла взорваться. Я предположил, что это был смертник, вроде прокатило. Хотя не так просто особистов обдурить. Но будем надеяться на лучшее. Слушай Герман, сейчас эти гости уедут. Ты не хочешь остаться? Сегодня у Марата День рождения. Он там уже над барашком колдует. Шашлычок — башлычок, ребрышки в кисло сладком соусе, вино. Оставайся, — Сергей показал в сторону Саитова, который готовил жаркое.
— Спасибо, я подумаю. Да, а как же служба. Ночь на носу, а вы винца решили выпить?
