— И часто у вас такие постельные совещания? — спросил Соул, хмыкнув.
Мака опустилась на край кровати и переложила ноут на тумбочку:
— Сегодня был экстренный случай, — равнодушно бросила она и вытянула ноги, устало потерев глаза.
Наверное, весь день и вечер проторчала с Мингжу в библиотеке, зарывшись в старые пыльные книги. Выглядела она, и правда, утомленной, а еще… милой. Соулу приходило на ум только это слово.
Пожалуй, раньше Маку Албарн редко можно было назвать милой, разве что дома — в те редкие минуты их мирного сосуществования с напарником, когда они не цапались по всяким пустякам и занимались вместе какой-нибудь ерундой. Например, пили с утра чай или вечером чистили рядом зубы после возвращения с очередной миссии. Сейчас Мака тоже казалась домашней и милой с растрепанными косичками, в этой ее… его… мля… их общей… футболке и плотных светлых чулках на стройных ножках. Раньше она таких не носила, но смотрелись они на ней отпадно, вынужден был признать Соул. Еще бы не перебинтованное бедро… И не холодный взгляд с поджатыми губами. Хотя чему тут удивляться — его поведение по отношению к Маке вряд ли заслуживало теплых улыбок и радостного блеска в глазах. Самому от себя было противно. А теперь еще и приперся зачем-то к ней чуть ли не ночью. Для чего? Чтобы снова в итоге разругаться и сказать какую-нибудь очередную гадость?
Соул нахмурился и прервал затянувшееся молчание:
— Расскажи, что произошло. Ничего не помню.
Молодой человек не рискнул присесть рядом и здраво решил, что пустующая кровать Джоан у противоположной стены ему подойдет в самый раз. Сев и привалившись к деревянной спинке, он уставился в темный провал окна, за которым виднелись светящиеся окна соседнего корпуса общежития.
Мака заговорила отстраненно и монотонно. Наверняка только что рассказывала то же самое Штейну, и теперь ей не очень хотелось повторять все заново. А может, просто некомфортно было сидеть с бывшим напарником в одной комнате. Соул почти физически ощущал эту невидимую стену, которую каждый из них сейчас возводил перед собой. И чем выше становилась преграда, тем сильнее ему хотелось снова увидеть искреннюю улыбку и вновь почувствовать непринужденность и легкость, которые когда-то были между ними. Несбыточное желание.
Мака рассказывала кратко и без подробностей. Когда Соул перевел на нее удивленный взгляд после слов о том, что Спирит Албарн стал драконом, чтобы удостовериться, не шутит ли она, то увидел, что бывшая напарница смотрит на мутную мглу за окном. Не на него. От этого стало совсем погано на душе. Как и от описания черной гусеницы, засевшей внутри, здесь повелительница не поскупилась на подробности. Правда, потом как-то резко оборвала монолог, словно о чем-то решила умолчать.
— Теперь твоя очередь рассказывать, — сказала Мака, так и не повернув головы.
Соул почесал макушку:
— Да нечего рассказывать… Последнее, что отчетливо помню, как заметил дракона над зданием Академии. А очнулся на крыше только от того, что Мингжу меня звала. Кроме нас с ней там уже никого не было. В промежутке между этими двумя событиями только какие-то неясные картинки.
— Нет. — В ее голосе послышались стальные нотки, так контрастирующие с внешним видом повелительницы. — С самого начала рассказывай. Про Цати и про запах сандала с можжевельником в деревне, — почти потребовала она.
— Зачем?
— Чтобы смогла помочь.
Соул отрицательно мотнул головой:
— Мне не нужна помощь. Сам разберусь.
Не из-за упрямства, просто не хотел впутывать в это дерьмо еще и Маку.
— Соул! — негодующе воскликнула она и все-таки повернула голову, чтобы прошить бывшего напарника убийственным взглядом. — Хватит изображать из себя крутого парня! Ты идиот, если думаешь, что сможешь справиться самостоятельно!
Ну все, понял Соул, сейчас их снова понесет, и он ничего не может с собой поделать, чтобы на ее взвинченный тон ответить спокойно. Слишком устал за последние дни, слишком осточертел сам себе, чтобы попытаться удержать себя в руках и не сорваться в ответ.
— Хватит изображать из себя мою повелительницу, Мака! — огрызнулся он в ответ. — Не лезь со своей помощью. У тебя что, без меня проблем мало? Иди спасай эту ни на что не годную Джоан. Вытаскивай Кида. Помоги своему папаше снова стать человеком в конце концов. Он-то у тебя совсем с головой теперь не дружит, раз свою ненаглядную Макочку умудрился резануть!
— Ты! — чуть ли выкрикнула повелительница и опустила голову, скрыв глаза за челкой. Соул заметил, как ее пальцы вцепились в край одеяла. Следующую фразу она произнесла почти шепотом: — Это сделал не дракон, а ты…
Ему показалось, что стены комнаты сжались до невозможности и сдавили грудь, не позволяя сделать очередной вдох.
— Я? — потрясенно спросил Соул. Вместо членораздельной четкой речи с губ слетело только неясное бормотание: — Нет… Я не мог тебя ранить. Только не тебя…
