– Окно, может, и не закрыто, но дама точно ушла не этим путем: снег внизу даже не тронут. Хотя…
Он высунулся по пояс и принялся внимательно изучать стену вокруг окна. Наверняка пытался обнаружить следы когтей. Но таковые если и нашлись, то к этому моменту уже были безнадежно старыми, поэтому Волков лишь бросил пару плетений, истаявших столь быстро, что я даже разобрать ничего не успела, после чего уверенно заявил:
– Нет, дама точно ушла не этим путем. – И обратился к горничной, которая уже успокоилась и, открыв рот, смотрела на это представление: – Милочка, в номере убирали вы?
– Да-с.
– Можете сказать, каких вещей не хватает? Или все на месте?
Горничная поплыла по номеру, щуря глаза и морща лоб, тем самым демонстрируя активную мозговую деятельность. Она даже шкаф открыла, в котором, как оказалось, уже была развешана часть платьев. Не слишком ли самонадеянно со стороны гостиничной администрации разбирать вещи постояльцев без их разрешения? Впрочем, сейчас это играло нам на руку.
– Кажется, все на месте, – неуверенно сказала она. – Или нет. Саквояжа нет, с которым дама приехала. Да, точно, его нет.
– Спасибо, вы нам очень помогли.
Штабс-капитан сунул ей в руку целый рубль и попытался выставить за дверь, но неожиданно девушка заартачилась.
– В номере не могут находиться посторонние, – храбро заявила она. – Ежели хозяйки нет и ейного разрешения тоже, то попрошу и вас покинуть номер.
Она взяла ключ на изготовку и явно намеревалась дождаться, когда номер опустеет, чтобы его закрыть, поэтому я осторожно проскользнула мимо нее в коридор: все равно смотреть тут было уже нечего.
– Ваши требования правомерны. – Волков улыбнулся так, что бедная девушка испуганно пискнула и отшатнулась, но не убежала в страхе, на что тот наверняка рассчитывал. – Но нам срочно нужна хозяйка номера, поэтому хочу провести ритуал ее поиска, для чего нужна ее личная вещь.
Он подошел к шкафу и начал придирчиво изучать содержимое, почти тыкаясь в него резко удлинившимся носом.
– Вы испортите, а меня оштрафуют. Знаете, какие у нас штрафы, господин штабс-капитан, – умоляюще сказала горничная.
– Не испорчу, – отмахнулся он, срывая с вешалки одно из платьев, насколько я вспомнила, то самое, в котором была мисс Мэннинг при их последней встрече. – На вещь ритуал никак не повлияет.
После чего совершенно нагло сдвинул ковер и начал расчерчивать пол занимательными узорами. Вот когда я пожалела, что уже вышла из комнаты, поскольку горничная полностью перекрывала как обзор, так и проход. Поэтому новыми волковскими умениями обогатиться не получилось. После завершения чертежных работ Волков водрузил в центр фигуры платье и начал перебирать над этой конструкцией пальцами, словно пытаясь связать что-то из тонких лучей-плетений. Лучи, первоначально ярко-зеленые, становились все тусклее и темнее, пока не рассыпались на темно-серые, практически черные клочья.
– Я так и думал, – довольно сказал Волков. – Пойдемте, Дмитрий Валерьевич, назрела необходимость серьезного разговора.
– А-а-а это? – испуганно показала рукой горничная на остатки магического действа.
– А это убрать, разумеется, – небрежно бросил Волков. – Убирать – это же ваша обязанность, не так ли?
Но банкноту горничной он опять сунул, несколько примирив ее с дополнительной работой по опасной уборке магических каракулей, после чего вышел в коридор. Стоял он сейчас совсем рядом и выглядел словно… словно хищник, напавший на след жертвы. Желание украсить его традесканцией стало почти нестерпимым, но тут вышел Песцов.
– И о чем вы хотели со мной поговорить, Александр Михайлович? – спросил он.
– Не будем же мы беседовать на столь серьезные темы в коридоре? Из номера мисс… хм… Мэннинг нас выставили, но у вас же есть собственный, не так ли?
– Вообще-то, я собирался в театр, – начал было Песцов. – Проверять, все ли готово к выступлению.
– И чем вам поможет знание, что все готово? Певицы-то у вас нет, – усмехнулся Волков. – И что самое ужасное, не будет. Вот ваш номер.
Он уверенно указал на дверь. Похоже, Волков информирован куда лучше нас, даже несмотря на небольшую задержку у Соболевых. Впрочем, он наверняка выяснил все у портье, намереваясь застать нас врасплох. Хорошо, что не успел. Все же зря Песцов посчитал, что нам выгодней демонстрировать невозмутимость, теперь непонятно, как мне выбираться даже не из города – из гостиницы.
