- Вот тебя и сделаем зачинщицей, - сказал он и потащил Сашу куда-то.
«А ведь он прав, я начала этот скандал», - подумала девушка и, вспомнив советы бывалых людей, решила дальше молчать.
- Значит, Щербинина начала бунт, бросила тарелку на пол и непристойно отвечала на вопросы охраны? – спросил начальник каторги.
- Так точно, - ответил жандарм.
- Ты что творишь? – возмутился начальник, - В карцере настолько понравилось, что решила обосноваться там? Чего молчишь?
Саша действительно молчала, так как знала, что может не сдержаться и сказать лишнего уже при начальнике каторги.
- Язык проглотила, наверное, - сказал начальник, - Или тебе в карцере так понравилось, потому что там можно не работать? Даже не надейся, будешь работать, заставим.
Саша продолжала молчать, что выводило из себя Рыжего. Жандарм ударил девушку по лицу.
- При начальстве руки распускает, - сама себе довольно тихо сказала Саша.
- Ты не надейся, что политическая, надо будет – и кандалы наденем, - сказал начальник, прекрасно понимая, что подобные действия не положены, - А надо будет – и к уголовникам переведем. А уголовники таких дамочек не любят, тебе небо с овчинку там покажется. Все поняла?
- Поняла, - ответила Саша, не до конца понимая то, что угрозы начальника каторги вряд ли будут осуществлены в реальной жизни. Лицо девушки горело, на глаза накатывались слезы, однако, Саша решила держаться и не плакать хотя бы при начальнике каторги.
- Щербининой сотню розог, а завтра пусть работает, нечего ей по карцерам отдыхать, - распорядился начальник каторги.
Вернувшись в барак, Саша, держась за стены и постоянно вытирая рукавом набегающие на глаза слезы, подошла к своему месту на нарах.
- Шурка, рассказывай, чем дело кончилось, - сказала соседка Саши по нарам.
- А то ты не поняла, - ответила девушка, - Тут ведуньей быть не надо, чтобы догадаться.
- А почему тогда ты в бараке, а не в карцере? – раздался очередной вопрос.
- Потому что я лентяйка, которая не хочет работать, поэтому решили, что не положено мне отдыхать, - ответила Саша.
- Вот лиходеи, сами бы там поотдыхали, чтобы так говорить, - сказала другая каторжанка, - Шурка, держись.
- Вот только бунт устраивать одной не стоило, это было заранее обречено на провал, - раздался поддерживающий голос сбоку.
- Согласна, - вздохнула Саша и улеглась на нары, - Бабоньки, как же шамать охота, может, у кого-то хоть хлеб остался?
- Не шамать, а есть, - сказала соседка Саши, - Ты, в конце концов, не уголовница, чтобы шамать.
- Ну хорошо, есть, - согласилась Саша, - Неужто ни у кого ничего нет?
- Держи, Шурик, - услышала девушка голос сбоку, - Не так давно ты мне свои излишки отдавала, а сегодня я специально тебе хлеба оставила, знала же, что потом будешь жалеть, что ужинать отказалась.
Поблагодарив каторжанку и съев хлеб, Саша отвернулась к стенке и заплакала.
«Зря я все это устроила, правильно бабоньки говорили, всем бараком бунтовать надо, а не в одиночку», - подумала девушка, - «А завтра снова работать… И так еще года четыре минимум…»
========== Подруга ==========
На следующее утро Саша с огромным трудом встала. У девушки будто пропали последние силы, Саша с огромным трудом кое-как пригладила взъерошившиеся волосы и сказала:
- Мне не на свидание сегодня идти, и так сойдет.
- Шурка, у тебя синяк на лице, - сказала одна из каторжанок, - Приложи что-нибудь холодное. Это что, Рыжий тебе по морде дал?
- Да, - ответила Саша, - Изувер, конечно, варвар.
Кое-как дождавшись окончания утренней поверки и позавтракав, Саша осознала, что на работу она сегодня выйти не сможет.
- Какая мне сегодня работа, с трудом хожу, сил нет, - вздохнула девушка, - Уж правда, лучше бы сейчас в карцере отдыхала.
- Держись, Шурка, - сочувственно сказала осужденная, глядя на измученный вид Саши, - А что хорошего в карцере, хлеб да вода.
- Там хотя бы отлежаться можно, - вздохнула Саша.
- В карцер хочешь? – раздался голос Рыжего, - Пошли, я тебя так цепью к стенке прикую, что ни лечь не сможешь, ничего. Сразу пожалеешь о том, что на работу не захотелось выйти.
- Ей к врачу надо, - вступилась за Сашу каторжанка.
- Не для того вчера драли, чтобы сегодня к врачу шла, - ответил Рыжий, - Я за тобой следить буду, как работаешь. Не надейся, тунеядствовать не выйдет.
Взяв себя в руки, Саша осторожно пошла вместе со всеми. Медленно зачерпнув немного почвы, девушка начала ее промывать.
Через полчаса у Саши потемнело в глазах и девушка, отложив сито, сначала постояла минуты три, глядя перед собой, а потом упала в обморок.
Рыжий краем глаза увидел, что Саша лежит на земле и сразу же подбежал к ней.
- Вставай, лентяйничать не позволю, - сказал он и пару раз пнул девушку сапогом.
- Она в обмороке, - раздался голос сзади.
- Значит, приводите в чувство и пусть работает дальше, - ответил Рыжий, - Приду – проверю.
- Варвар, - выругалась женщина и подошла к Саше. Тем временем, Саша постепенно начала приходить в чувство.
- Вставай, земля еще мерзлая, нельзя лежать, застудишься, - сказала женщина.
- Как же мне плохо… - тихо произнесла Саша.
