Следовательно, чтобы получить целебный эффект, мы должны заполнить наш ум целительным внушением.
Брейд не принадлежал к людям, останавливающимся на достигнутом. Совершив один переход от физиологической теории кровотока к психологической теории моноидеизма, в своей последней работе он уже готов расстаться с самим моноидеизмом. Он различает поверхностные и глубокие фазы или слои трансового состояния; первые он называет «субгипнотическими» и утверждает, что их могут вызывать и манипуляторы биоэлектричеством; вторые он называет «двойным сознанием». Ему открылось, что его объекты диссоциируют (расслаивают) свое нормальное состояние. Например, он давал испытуемому выучить несколько предложений на иностранном языке, и когда тот пробуждался, не мог вспомнить выученных предложений, но, оказавшись снова загипнотизированным, вспоминал.
Хотя некоторые представители медицинской профессии и находили работы Брейда более приемлемыми, чем Эллиотсона, но оказали им слишком много сопротивления, чтобы важность трудов Брейда была широко и по достоинству оценена. Животный магнетизм, или месмеризм пришел в Британию из Франции и трансформировался в гипнотизм; однако пророков редко признают в своем отечестве. Не дождавшись принятия и признания важности сделанных открытий от своих британских коллег, в 1860 году Брейд посылает рукопись для чтения во Французскую академию наук. Это дало заряд бодрости некоторым французским психологам, и во второй раз на долгие годы Франция завладела полем исследований.
Викторианская вера в сверхъестественную силу находящихся под гипнозом людей хорошо иллюстрируется эпизодом из жизни сэра Ричарда Бертона (1821–90), путешественника и дипломата. Бертон верил, что у него якобы «цыганская» душа и он может под гипнозом читать мысли. Он был, по-видимому, искусным месмеристом и утверждал, что способен гипнотизировать на расстоянии, даже несмотря на простирающуюся между ним и объектом воду, которая, как предполагали, впитывает месмерические лучи. Чаще всего он месмеризовал свою жену, аристократку Изабель Арундель, и консультировался с ней о будущем. Однажды в Бразилии в конце 1860-х Бертон сильно заболел и поблизости не было никаких докторов. Тогда Бертон загипнотизировал Изабель, чтобы получить от находящейся в трансе жены метод лечения.
Но случилось так, что Бертон закончил свое путешествие в компании с человеком по имени сэр Рогер Тишборн, — и тот оказался подлецом! Он был простым английским матросом, который знал, что Тишборн утонул в море, и хотел воспользоваться его наследством.
Это одна из заманчивых и очень похожих друг на друга историй того времени. Трудно отвергать их как фальшивые, но одновременно трудно и верить в них, ибо, по сути, они угрожают всем тем воззрениям комфортабельного мира, который мы сами себе создаем. В большинстве случаев хотелось бы услышать больше подробностей, для уверенности, что здесь не было перепутано время или приукрашены факты.
