Существует много переменных, от которых зависит дело, и самые главные из них — это: какова внушаемость объекта; как глубоко он гипнотизируется; насколько хорош гипнотизер как оператор; как глубоко внедряются у объекта криминальные внушения; характер и склонности субъекта (имел ли он до того криминальные тенденции); временные рамки, в которых объект действует. Только при условии, что все эти переменные совпадают, преступление под гипнозом возможно, — и заметим, что даже тогда это будет непроизвольным криминальным поступком, поскольку в числе условий существует наличие у объекта преступных наклонностей.
Короче, гипноз был бы очень капризным орудием преступления. Никакой гарантии успеха. То же самое, кстати, и с амнезией, которая, как можно себе представить, могла бы быть весьма полезной в преступлениях. Правда, что гипнотизер может внушить не вспоминать что-либо потом, однако успех не гарантирован; к тому же другой гипнотизер (возможно, работающий на полицию) может на это выйти и восстановить память.
Но не все триллеры, только потому, что «им положено», создают сенсации и вольно обращаются с темой гипноза. В «Крестиках-ноликах» Яна Ранкина показан гипнотизер, который помогает травмированному полицейскому восстановить вытесненные воспоминания и таким образом раскрыть дело. Однако «Месмерист», триллер Феличе Пикано, на всю катушку использует все клише гипнотизма. Действующий в начале прошлого века в маленьком городке штата Небраска месмерист по имени Динсмо обладает способностью превращать мужчин и женщин в своих марионеток на всю жизнь. Он использует свое умение для сексуального насилия и слежки; он может доводить людей до самоубийства, принуждать к убийству; может загипнотизировать их мгновенно бликом своей запонки. Они часто страдают потом от последействия гипноза. В какой-то момент, ближе к концу книги, он гипнотизирует целую толпу в триста человек блеском наручников, которыми сцеплены его руки. Такие клише в конце концов разоблачают сами себя своей полной нереальностью, ибо, если бы существовал когда-либо такой Динсмо, сейчас бы он управлял целым миром.
Кроме вопроса, можно ли заставить загипнотизированного человека совершить преступление, есть еще и другой: а не может ли гипнотизер, пользуясь своей силой, совершить преступление против своего объекта, например, принудив его покончить с собой. Это уже более правдоподобно. Гипнотизер мог бы приказать объекту выпить стакан с водой, в котором на самом деле яд (но он мог бы сделать это и без гипноза), или, если взять экстремальный сценарий, мог бы заставить его вызвать у себя сердечный приступ. Это, насколько я понимаю, единственно возможное криминальное применение гипноза, но едва ли правдоподобное. Гипнотизер должен был бы потратить какое-то время на то, чтобы построить отношения доверия со своим объектом, и для этого либо замаскировать свою враждебность (даже для сверхчувствительности), либо быть, прежде всего, его хорошим другом. Я ничего не слышал ни о чем подобном.
В девятнадцатом веке страхи насчет гипнотизма были так сильны, что при случае можно было просить о смягчении приговора в суде. Так, в 1879 один молодой человек, который был пациентом гипнотерапевта, обнажался в общественном туалете. Когда дело дошло до суда во Франции в начале 1880-х, он был признан страдающим от приступов спонтанного сомнамбулизма, амнезии и оправдан. Но времена изменились.
