Сразу пара шипов вонзилась в противника Хьюза, пригвождая того к земле, Покровитель вскричал, но шипящий звук свидетельствовал о немедленно начавшемся разложении его духовной плоти. Он попытался приложить к ране Перо, чуть ли не поглотить его, но артефакт зашипел, и вместе со своим носителем канул в забвение, растворяясь чёрной дымкой, взвесью частиц расползаясь по камням и песку. Другой враг отпрянул, коррозия лишь поразила его крыло, и он безжалостно оторвал часть собственной плоти, бросая на землю. Рваная рана на лопатке тут же начала зарастать, и Покровитель кинулся на Джона, вопя от ярости. Учёный уклонился, ручейком проплыв под ногами врага, развернулся, и со спины набросился, но тут же оказался сметён ударом уцелевшего крыла. Однокрылый теснил его вдаль от площади, в раскуроченный сад, а Джон лишь уклонялся, уводя врага от синарцев и людей. И тут подоспела помощь: зелёная лавина буквально хлынула во дворец, сметая Покровителя и Джона с ног. Мужчина не сразу даже понял, что утопает в толпе зеленоволосых бледнолицых людей, выглядящих измученными и забитыми. На ногах у многих Наймейцев болтались тяжелые кандалы, и всё же, они продолжали наплывать, мутузя чернокрылого ангела, ставшего демоном для синара.
— Защитим Бога от него же самого! — кричало единственное в толпе рыжее пятно. Хранитель Штаба, как догадался Джон.
Покровитель рубил и кромсал тела сухопарых замученных людей, не намереваясь сдаваться, но те продолжали яростно атаковать, дико крича на одной ноте. Наконец, в ушах у однокрылого беса зазвенело, он почувствовал жар, и наконец запоздало понял, зачем кричала безудержная зелёная лавина — собранная в одной точке энергия звуковых волн привела ко взрыву. С хлопком взорвались сотни людей, обступивших мужчину, со свистом разлетелись дворцовые пристройки и уцелевшие деревья, посыпались стены и кровли, поддерживаемые изящными и хрупкими колоннами. Покровитель взорвался, а Джона, Хьюза и Баниль, синарцев и землян засыпало обломками, пеплом и выкорчеванными стволами. Облако взвеси грузно поднялось над разбитой внутренней площадью, и в тот же момент с небесных высот в центр разломанной красной арены грохнулась Кейл Харнел. На ней не было живого места, и всё же, она не исчезала, не умирала, она страдала, как обычный смертный человек от множественных увечий. Тот, кто сотворил с ней это, плавно спустился следом, держа в руках чёрное перо, трансформировавшееся в гибкую плеть.
— Ты будешь страдать за все века своей ничтожной жизни, — провозгласил глава Покровителей.
Кейл не ответила, её язык был взрезан пополам и страшно кровоточил.
— Остановись! А лучше умри! — на крыльях ярости прямо от алтаря к обидчику своих друзей летела Джани. Перебинтованная рука болталась в воздухе, а с лица струями катился пот. — Ты больше никого не ранишь!
С этими словами она очертила под собой круг, и кусок земли, на котором стояла и она и её враг, взвился в воздух, подлетая под самые облака.
— Твой план никчёмен, — провозгласил окутанный ночью мужчина.
Не тратясь на ответные реплики, девушка кинулась в атаку, одной рукой с зажатыми в ней перьями, нанося удар за ударом, ровно в те места, чтобы заставить врага плясать в её ритме. Ей показалось, что она снова орудует Клинками Вероятности, настолько легко давались ей эти движения, будто каждую секунду боя она знала наперёд, как и все возможные исходы самых мельчайших движений, и на этом знании строила свою стратегию. Удары плети не достигали её, и лишь один непредсказуемый взмах вспорол кожу на левой руке, острым наконечником-жалом впиваясь в предплечье. Но Джани даже не почувствовала боли, обратив и этот урон в преимущество — ухватившись за хлыст, она подтянулась поближе к врагу и кулаком выбила тому челюсть. Покровитель взмыл, Джани за ним, носясь по воздуху со скоростью, позволяющей пренебречь гравитацией. Они летели всё выше и выше, обмениваясь ударами Перьев, взмывая высоко над облаками, туда, где трещинами опадал барьер и начиналась мгла. Наконец, ритм танца Джани начал замедляться, а вот её противник остался всё так же быстр.
— Вы, люди, кажется не способны дышать в космосе. Да что там дышать… — ухмыльнулся мужчина. — Ты уже умираешь.
Она и не заметила, как её тело стало набухать и неметь. Всё это время она лишь двигалась по инерции, ведомая силой Пера.
— Вот и всё, — объявил Покровитель. — Умри!
Элегантным взмахом хлыста, он ударил прямо под рёбра, и Джани ощутила, как стальной трос выходит из её спины, пронизывая тело. Рука разжалась, выпуская красное перо. Враг ринулся за артефактом, перехватывая тот, но вместо рукояти ему в ладонь лёг пушистый кончик, и тут же обернулась острым лезвием. Голубой хлыст сверкнул, полосонув мужчину по шее и обоим ладоням. Последними электрическими импульсами — или своими частицами — Джани вырвала победу, вновь перехватывая оба пера механической рукой, и разрезая врага от предплечья до самого низа живота. Бело-красное пламя окутало Покровителя, перекидываясь на лицо и конечности.
