— Синарские дома ломаются редко, а мелкие неполадки рабы могут починить и сами. Что до населения, я слышала, что оно лишь сокращалось после войны, поэтому один из регионов и смогли отвести под Наймейскую колонию.
— Здесь живут наймейцы?
— Довольно далеко от столицы, это пленные и их дети.
— Значит, Ария победил Наймей?
— Получается, что так. Но он не мог слышать даже упоминаний о той войне.
— Я тоже не могу слушать о войне! — вновь вспылил Дэн. — Давайте лучше об искусстве. У вас есть музыка?
— Конечно же! Мы играем на струнных и воздушных инструментах, но я больше люблю песни.
— А спой что-нибудь! — внезапно предложила Джани.
— Не то, чтобы я умею…
— Спой. От чистого сердца, для Хоупа, для господина Арии и его брата.
Харана открыла рот. Сначала Дэну показалось, что она издаёт какие-то непонятные булькающие звуки, затем, в этом кваканье и скрипе начала рождаться мелодия, тихая и неприметная, как шелест листвы, примятой дождём в тропическом лесу. Гортанные звуки переросли в пение, горловое, открытое, первородное и абсолютно бессловесное. Мелодия голоса имитировала щебет птиц и звон дождевых капель, цокот копыт невиданных животных и свист ветра. Дэн наконец ощутил покой, то спокойствие, которого так не хватало ему с момента смерти Хичан. Да и до встречи с Хичан тоже.
— Великолепно, — прослезилась Джани. — А ещё? Есть у вас ещё песни?
И Харана запела снова, и снова, убаюкивая их истерзанные души. На третьей песне Дэну отчаянно захотелось присоединиться, и он не мог отказать себе в порыве, вплетая в мелодию чужой планеты свои земные, такие же искренние звуки, хрипы и плач. Девочка пустилась в пляс, и он за ней, подхватывая странные раскачивающиеся движения и неторопливые взмахи руками. Никто не знал, сколько времени они провели так, будто бы оно остановилось в их маленьком храме, за окнами которого бушевало пламя. Наконец, Харана смолкла.
— Давно я не пела, — призналась она, вновь смущённо опуская взгляд. — Когда эта битва закончится, нужно будет чаще заниматься музыкой. Точно, я разучу новую колыбельную для господина Хоупа!
— Обязательно, — слабо улыбнулась Джани. — Тем более, он уже готов родиться. Встречайте его.
— Меняемся! — крикнул Хьюз ослабевшей Баниль. — Ты больше не можешь сражаться, поддержи барьер!
Девушка отпрянула в сторону, противник кинулся за ней, но Хьюз уже подрезал его, преграждая дорогу.
— Долго вам не продержаться, — хмыкнул чёрный Покровитель.
И яростная битва, явно не в пользу светловолосого мужчины, началась по-новой. Баниль отползла в сторону, силясь сдержать купол над площадью, но товарищ Покровителя, оставшийся снаружи, продолжал закидывать его жертвами, и их боль передавалась девушке, будто она сама находилась на месте жертв, будто барьер поглощая все их чувства, эмоции, их духовные частицы, наполненные жаждой отмщения, перенаправлял на неё. Барриал подхватил её и перенёс в укрытие — одну из ниш дворца. Кто-то из снарских министров поднёс стакан воды, но она чувствовала, что больше не может противиться давлению. Ещё одна жертва — и её собственная душа переполнится ненавистью, яростью, гневом, ещё одна вспышка боли — и она станет Сущью, отвратительной, вязкой, и бесчеловечной. С шипением барьер начал растворяться, через бреши посыпались останки изломленных тел, окрапляя площадь кровавым дождём.
— Мы обречены! — возопил кто-то.
— Прячьтесь в подвалы! — вторил другой голос, обладателя которого она уже не видела и не слышала.
Всё её сознание будто заволокла тьма, из последних сил Баниль цеплялась за светлые воспоминания своей посмертной жизни — весёлые гулянки с Хьюзом и Кейл, ради которых эти двое зачастую подначивали её сбежать с работы, прогулки по опустевшим Покоям и снегопад из зелёных и оранжевых цветом, которым они втайне любовались прежде, чем приступать к «уборке сорняков». Счастливые моменты промелькнули в сознании ослепительным лучом. А вслед за ним, возник голос, такой же кристально чистый и праведный, как ей показалось.
— Вы продержались достаточно, — провозгласил Джон, вступая на сцену. — Но финальный аккорд за нами.
Открыв глаза, Баниль увидела странную картину — над плечом учёного парила Нелл, больше похожая теперь на огромный воздушный шар, состоящий из цветного газа.
— Залп! — скомандовал Джон, и Нелл взорвалась, буквально рассыпалась на множество дымчатых игл, разлетающихся во все стороны.
