Манштейн говорит: "Столь поспешный отход 46-й пехотной дивизии не являлся средством сохранения ее боевого состава. Если бы под Феодосией противник действовал правильно, дивизия, принимая во внимание состояние, в котором она достигла Парпачского перешейка, едва ли смогла бы проложить себе путь на запад". Если бы! Но противник действовал неверно, а считают по результатам. Как бы кто ни оценивал шаг Шпонека, решение свое генерал принимал не под влиянием бесчестных мотивов и трусости. Его отстранение от командования Манштейном можно оправдать принципиальными соображениями Шпонек не подчинился приказу. Но это не все. Военный трибунал ставки фюрера, проводившийся под председательством рейхсмаршала Геринга, приговорил генерал-лейтенанта графа фон Шпонека, представшего перед этим высоким собранием, к лишению всех званий, орденов и наград и смертной казни.
Гитлер сам, похоже, имел все же сомнения в отношении справедливости этого варварского приговора, поскольку по ходатайству командующего 11-й армией заменил смертную казнь семью годами заключения. На фоне будущих приговоров это примечательное решение можно считать почти что оправданием.
Но два с половиной года спустя, после 20 июля 1944 г., одна из расстрельных команд Гиммлера исправила последствия проявленного Гитлером милосердия. Графа фон Шпонека расстреляли без всякого обвинения и приговора суда.
Безжалостность, с которой трибунал судил графа Шпонека, не миновала и 46-й пехотной дивизии. То, что сделал принявший под свое начало группу армий "Юг" генерал-фельдмаршал фон Райхенау с военнослужащими дивизии, было столь же жестоком, сколь и приговор, вынесенный командиру корпуса. В начале января 1942 г. командиров четырех ее полков вызвали в штаб дивизии. Бледный командир дивизии генерал-лейтенант Гимер дрожащим от негодования голосом зачитал им телетайпное сообщение, полученное из группы армий. Там говорилось следующее: "Ввиду вялой реакции на высадку русских на Керченском полуострове, а также преждевременного отступления с полуострова, я объявляю 46-ю дивизию лишенной солдатской чести. Награждения и повышения в звании под запретом до поступления отменяющего приказа. Подпись: генерал-фельдмаршал фон Райхенау".
Мертвой тишиной встретила несправедливый приговор храбрая дивизия. В чем же состояла ее вина? Она выполнила приказ своего командира. Она перенесла ужасные лишения, прошла через ад и после этого, отважно сражаясь, предотвратила прорыв неприятеля в Крым. И вот награда. Жестокое унижение за несовершенные преступления, непомерная ноша, которую взвалили на солдатские плечи, прикрыв это раздутыми и не подходящими ни под какие рамки понятиями о воинской чести и доблести.
Но приговор целой дивизии отважных смельчаков не менял сути проблемы - частям по-прежнему ставились задачи, которые те не могли решить в силу своей недостаточной численности. Этот факт, высвеченный печальным светом "дела Шпонека" и унижением 46-й пехотной дивизии, вскоре явил себя во всей уничтожающей мощи не только в Крыму. Тут, как и повсюду, скоро стало очевидно, что Сталин ни в коем случае не разгромлен, не побежден, напротив, он мобилизует людские ресурсы громадной империи, чтобы обратить себе на пользу поражения прошедшего лета. И ему удавалось это, потому что фатальная слабость немцев проявлялась со все большей очевидностью - слишком мало солдат для ведения тяжелых боев на огромных просторах России.
