Гламуру вопреки полностью

Официант принес еще одно меню в пятнах соевого соуса, но оно мне не понадобилось. Я всегда брала одно и то же: овощной набор.

Я с нетерпением ждала, пока Сара примет решение; я вся сгорала от желания поскорее поделиться с нею событиями прошлой ночи. Едва официант принял наш заказ и удалился на почтительное расстояние, я подалась вперед и наконец-то выпалила:

— Ты читала вчера «Войс»?

— Нет, — покачала головой Сара. — У меня был безумный день.

— Майкл Масто упомянул меня в своей колонке, — сказала я, уже роясь в сумке в поисках обтрепанной вырезки.

— Поздравляю, — сказала Сара, ничуть не меняясь в лице. Мое имя не в первый раз всплывало в светской хронике. И она всегда презрительно высмеивала мою скрытую радость по этому поводу.

Я покачала головой.

— Нет уж, на сей раз поздравлять не с чем. Прочти-ка.

Не выражая никаких эмоций, Сара пробежалась глазами по газетному клочку. Закончив, отбросила его в сторону.

— Ну и мудак. Хотя чего еще было ожидать.

Это замечание меня огорошило.

— В каком смысле? В последнее время я только то и делала, что пыталась ему помочь. И вот его благодарность!

— Вот именно, — сказала Сара. — Твои попытки помочь только разжигают его ненависть.

Не в силах ничего ответить, я лишь продолжала недоуменно таращиться на подругу.

Сара отвечала мне взглядом, которым обычно вознаграждают детей с заторможенным развитием.

Наконец моя ярость оформилась в слова:

— Как это — разжигают? Он что, ненавидел меня и прежде?

— Ой, Джилл, ну разве ты не замечала? — искренне удивилась Сара. — Джо ненавидит тебя. И уже давно.

В этот момент официант поставил перед нами поднос с едой. Сара, не теряя ни минуты, тут же взялась за трапезу.

У меня же аппетит пропал напрочь. Я буквально задыхалась от гнева.

— Что?! Мне что теперь, страдать всю оставшуюся жизнь из-за того, что я бросила его в колледже?! Зачем он тогда согласился жить вместе с человеком, которого так ненавидит?

— Тогда он тебя еще не ненавидел. И колледж тут ни при чем, — ответила Сара, тщательно прожевывая каждый кусочек.

— Да? Ну, и когда же он меня возненавидел? — язвительно осведомилась я. Я даже не знала, что меня огорчает больше: то, что Джо меня ненавидел, или то, что я этого не замечала.

— Джилл, — сказала Сара, наконец-то оставив в покое свою отбивную, — он злится с тех самых пор, как тебя взяли в «Чики». Твой успех только лишний раз подчеркивает, какой он неисправимый неудачник, — продолжала она самым будничным тоном. — Но ты не виновата. Это его проблема. Он ведет себя незрело, гадко и вообще неправильно. Но ты никак не можешь этого исправить. Джо сам выбрал себе участь неудачника. И то, что он зол на тебя, — это тоже его выбор.

Сара вернулась к обеду.

— Но почему я этого не видела сама? — вслух подумала я.

Сара пожала плечами.

— Ты же занятой человек.

Я взглянула на свои макароны, холодные и липкие. Коричневый соус уже застывал на краешке тарелки. Я не могла заставить себя прикоснуться к еде.

— Ох, — в отчаянии вымолвила я. — Что же мне теперь делать?

— Ну, думаю, лучше всего тебе съехать и продолжать радоваться жизни. Зачем оставаться друзьями насильно? У вас уже давно все расклеилось.

Мне показалось, что Сара нанесла мне прицельный удар в живот.

Она продолжала:

— Так будет лучше, Джилл. Ты же не хочешь сидеть с ним в квартире наедине. Это не пойдет на пользу ни тебе, ни ему.

— Но мы же не всегда наедине, — сказала я. — Хотя ты иногда не ночуешь дома, ты все-таки…

Тут она меня резко перебила:

— В том-то и дело, Джилл. Помнишь, я говорила, что у меня для тебя новости?

Это совершенно вылетело у меня из головы.

— Ах, да, — сказала я. — Прости. Так что за новости? — спросила я, немного досадуя на нее за смену темы.

Она подняла левую руку, поблескивая бриллиантовым колечком.

— Мы с Тасо помолвлены! — радостно воскликнула она.

— О Боже ты мой! — промямлила я, скорее, в замешательстве, чем с воодушевлением. — О Боже ты мой! — повторила я, на сей раз стараясь выказать этим восклицанием поддержку.

О. Боже. Ты. Мой. Так эти слова прозвучали внутри.

Тогда я неуклюже подскочила и обняла ее.

— Когда же? — спросила я. — Когда это произошло?

— Два дня назад. На ужине у Милоса.

— О Боже ты мой! — воскликнула я еще раз, потому что ничего другого сказать не могла. Наконец я удосужилась вымолвить: — Я так за тебя рада! — И это действительно было так. Я очень радовалась за нее.

— Спасибо, — сказала Сара с улыбкой. Она вся сияла от счастья.

— Покажи же кольцо! — попросила я, хватая ее за руку: я наконец вспомнила, как должна вести себя настоящая девочка. — Вот так красота! — умиленно проворковала я.

— Оно ему еще от бабушки досталось, — с нежностью проговорила она.

— Итак, — сказала я, сложив в уме два и два, — ты съезжаешь. И вы перебираетесь на окраину города.