Райэлл торопливо встал. Он собирался покинуть Ричарда, но вдруг его посетила какая-то мысль.
— В чём дело? Тебе что-то нужно? — спросил Атерклефер, заметив, что эовин замешкался.
Тито виновато улыбнулся.
— Позвольте мне присутствовать при подписании этих документов. Я покончу с собой, если пропущу столь важное событие!
Ричард ухмыльнулся.
— Оставайся, — сказал он. — Мне по нраву твой настрой, ведь приказ действительно важный. Война длится уже довольно. Наша мощь позволяет закончить её прямо сейчас, но… Как, по-твоему, Райэлл, почему мы до сих пор не взяли столицу Арпсохора? Ведь дорога от Лайда открыта.
— Исчезновение Грауса полгода назад? — предположил Тито.
— Нет, — отмахнулся император. — Инстернис был весьма талантливым офицером, этого нельзя отрицать, но ни он, ни безымянная катастрофа, случившаяся при Лайде, не являются причинами нашего промедления. Дело в том, что мне хочется показать нашему народу, что нынешняя война — не просто очередная Веха, не просто рядовое событие, а нечто важное.
— Очень мудро, — промурлыкал Райэлл. — Однако, многие были бы счастливы, если бы вы несколько ускорили события. Вы ждали долго, и люди, полагаю, всё поняли.
— Да, — Ричард кивнул. — Далее тянуть я не буду, — император перевёл взгляд на бумаги, принесённые Райэллом. — Приказ о взятии столицы вражеского государства. Конечно, это лишь формальность, но до чего приятно уделять внимание мелочам, когда основная масса работы уже сделана. Проект с захватом Арпсохора практически завершён. Сначала он, а затем — «Кригард».
— Значит, всё-таки вы планируете избавиться и от военного концерна? — старик насторожился.
— Его помощь была весьма кстати, но больше я не позволю помыкать собой ни Коби Ацфелу, ни его скрягам — директорам.
Ричард помолчал и продолжил:
— Раньше я не мог подступиться к концерну из-за внешней поддержки, которую ему оказывали государства с других материков, но как только я получу ресурсную базу Арпсохора, мне достанет сил, чтобы подчинить «Кригард» и его покровителей.
Тито кивнул.
«Сфорце будет доволен», — подумал старик, и его губы расплылись в радостной улыбке.
Вскоре Атерклефер подписал документы, и на весь Дексард прогремела весть: «Столица Арпсохора, великий Вольтат, вскоре будет захвачена!»
«Мне больно смотреть на этот мир. Мне больно осознавать, что человек слаб. Мне больно видеть, что всё, к чему мы прикасаемся, превращается в прах… Мы не умеем любить, мы не умеем укрощать себя, мы не умеем смотреть на звёзды, мы не умеем прощать и быть верными. Всё, на что мы способны сейчас, это возводить искусственные рамки, выстраивать глупые системы и прятаться за бездушной логикой, чтобы хотя бы слегка подчинить внутренний хаос. Мы боимся его, боимся самих себя, но не признаёмся в этом. А, между тем, страх дремлет в каждом, и кого-то он толкает на безумства, преступления, гнев и злобу, а кого-то беспощадно сковывает цепями бездействия, лишь единожды нарисовав образ гипотетического будущего. Но, как бы то ни было, и вседозволенность, и строгие рамки одинаково ломают человека. Нельзя быть счастливым, постоянно ограничивая себя, ровно так же, как нельзя быть счастливым, бездумно погружаясь в бездну страстей и животной дикости. Мы далеки от баланса, а потому слабы и потому главный плод нашего существования — это смерть. Надежды нет… Есть лишь хаос. Однако, это не остановит меня. Я доведу безумие до конца. Я возведу его в абсолют, и пусть зло пожрёт само себя. Люди по-прежнему останутся слабыми и своенравными эгоистами, но, по крайней мере, я отсрочу их смерть как вида. Надеюсь, после того, что произойдёт, они поймут, насколько я прав».
Раапхорст стоял на балконе центральной башни, и с помощью подзорной установки наблюдал за тем, как у горизонта клубится снег.
— Атерклефер решился, — произнёс черноволосый мужчина. — Этого стоило ожидать. Дексард тянул слишком долго. Интересно, что они предпримут, ведь очевидно — вести бой, как раньше, невозможно. Они уже поняли, что птицы им мало помогут, а значит, их план атаки должен включать в себя и человеческие силы.
Мужчина ухмыльнулся и вернулся в лабораторию. Здесь стало пусто с недавнего времени. Эовраны находились в специальных искусственно созданных зонах, имитирующих природную среду обитания птиц, сотрудников Евгений отпустил, как только завершил проект, а двуглавое чудовище, некогда бывшее заключенным в стеклянную капсулу, было выпущено на свободу.
— Эрез, — промолвил Раапхорст, — как только ты выполнишь свою миссию, я подарю тебе покой. Такое создание не должно жить рядом с людьми. Я призвал тебя лишь для одного — убийства, и после окончания войны ты станешь не нужен…
— С кем-то разговариваешь? — внезапно раздался знакомый голос.
Евгений обернулся и заметил в дверном проёме Коби Ацфела.
— Да так, с последнего ума схожу, — Раапхорст ухмыльнулся. — Думал пойти отдохнуть, но воспоминания не отпускают. Слишком много я натворил здесь. А как ты? Я думал, сегодня у тебя уроки стрельбы…
Коби кивнул.
