— Я признаю наше поражение, — с абсолютным спокойствием произнёс единственный свободный офицер. — Урок усвоен.
— Вы двое, также признаете поражение? — задал вопрос светлый князь, улыбаясь не губами, но глазами.
— Признаю, — спустя мгновение ответил Ветров и молнии, окружающие его, окончательно растворились в пространстве. — Урок усвоен, господин.
— А ты Ганс? Не желаешь продолжить? — вздёрнул одну бровь заклинатель.
— Не желаю, гер Михаил, — едва дыша, произнёс бледный Бауэр. — Урок усвоил.
— На этом, считаю поединок завершённым, — удовлетворённо кивнул князь и хлопком в ладоши разрушил заклинание обсидианового саркофага. — Заставите меня ещё раз доказывать вам мою силу, не поскуплюсь и на более серьёзные испытания для вас, господа офицеры. Всех касается! Никакого раздрая в рядах гвардии быть не должно! Иначе пожалеете, что на свет родились. Моё слово!
Покидая тренировочную площадку под задумчивыми, местами восторженными взглядами многих десятков гвардейцев, я чувствовал лишь глубокое удовлетворение. Схватка не только доставила мне удовольствие, но и немного встряхнула. Не то чтобы мне требовалась встряска, но сам формат сражения, когда мне не требуется убивать противника, а только одержать над ним верх, заставил меня импровизировать. Легко действовать так как привык. Легко применять те заклинания, к которым привык. И куда труднее найти применение всему своему арсеналу. Как боец, я выложился на полную. Как маг, я задействовал без малого четверть собственных возможностей. И речь сейчас не про запас энергии. Её я потратил изрядно, чуть меньше половины собственного резерва. Четверть от всего запаса сил ушла на один только «обсидиановый саркофаг». Другое дело, что мне пришлось вспомнить про этот саркофаг, как и про прочие заклинания, которые я не так чтобы и часто использовал в битвах. Даже «грозовой фронт», не являлся моим постоянным плетением. Куда больше мне импонируют одиночные, точечные удары «ветвистой молнии».
— Стоит больше уделить времени практике, — кивнул я собственным мыслям, продолжая идти вперёд по коридорам усадьбы.
— Вы что-то сказали, Ваша Светлость? — поравнялся со мной Игнат, следовавший за мной вместе с двумя другими офицерами и Алексиосом.
— Говорю, что давно не практиковал многие заклинания, — повторил собственную мысль, чуть скосив взгляд на гвардейца. — Закостенел, стал более консервативен и оттого ослаб.
— Ослабли? — удивлённый возглас Ганса был мне ответом. — Вы ведь в десятки раз сильнее магов канцлера!
— И? Разве на них стоит ровняться? — вздёрнул я одну бровь в вопросительном жесте.
Немец стушевался. После освобождения из саркофага он притих. Не думаю что надолго, но как по мне, урок явно пошёл ему на пользу. Кому-то могло бы показаться, что офицер затаил злобу, но нет. Его взгляды бросаемые на меня полны уважения. Он признал мою силу и успокоился.
— Входите, господа, — открыл я дверь своего кабинета и первым прошёл внутрь, садясь за стол. — Сейчас, я хочу узнать о состоянии дел нашей гвардии. Я хочу знать всё, количество единиц вооружения, количество и вид техники, поступившей на баланс рода, жалование гвардейцев и ваше, ваши планы, да даже график тренировок. Я хочу знать всё. А теперь присаживайтесь и начнём.
Трое офицеров и молчаливый командир гвардии в лице Алексиоса расселись по креслам, стоящим перед моим столом. Забавно, что я не помню чтобы они здесь стояли. Вероятно, Екатерина озаботилась их наличием. И что ещё более забавно, стоило моим подчинённым сесть по местам, как она сама заглянула в кабинет. Не иначе как почувствовала, что я подумал о ней.
— Ваша Светлость, — произнесла девушка, стоя на пороге, предварительно постучав в дверь, чтобы привлечь к себе внимание. — Прошу прощения, что прерываю, но тут… дело не терпящее отлагательств.
— И что это за дело? — поднял я глаза на девушку и сразу отметил её слегка потерянный вид.
— Беженцы, Ваша Светлость, из Греции, — сдавленно произнесла Екатерина. — Несколько десятков, старики, женщины, дети и десяток мужчин. Носят на себе гербы рода Влахос. Они утверждают, что знают вас и просят принять их.
Беженцы? Из Греции? Это какая-то шутка? Вот что мне хотелось сказать в ответ на слова Екатерины. Но я этого не сказал, потому как понимал, этой девушке отнюдь незачем со мной так шутить. Наоборот, её лицо выражало крайнюю степень озабоченности. Как-никак, первый рабочий день в статусе личного секретаря светлого князя и уже такой ворох проблем.
— Влахос говоришь? — задумчиво протянул я, поглядывая в сторону двери. — Что ж, думаю стоит послушать, что они хотят мне сказать. Пропусти ко мне того, кто будет говорить от их имени. Остальные пусть ждут. Гвардейцам передай, что если кто-то из так называемых беженцев попробует проникнуть на территорию имения без разрешения, не убивать, но скрутить и доставить в казематы.
