Гласность и свобода полностью

Но все же в нашей семье никому не приходилось что-то продавать на улице, чтобы купить хоть какую-то еду, но вся Москва, все ее площади, бульвары, даже переулки заполнены десятками тысяч людей, державшими в посиневших руках какие-то кофточки, туфли, сумочки в тщетной надежде их кому-то продать, жалкий скарб и до этого нищих советских людей.

За год до этого я уже видел такой город — это была Варшава после реформы последнего коммунистического премьера Мечислава Раковского на год опередившего Гайдара. Все магазины были заполнены, на каждом углу были обменные пункты долларов на злотые, но ни долларов, ни злотых у большинства поляков после реформ не было. Еще нельзя было даже представить себе, что и Москва после реформы Гайдара станет такой же. Только два коммуниста Мечислав Раковский и Егор Гайдар произвели со своими народами зверскую «шоковую терапию» при возвращении от социалистической, построенной такими же зверскими методами, экономики.

Не могу удержаться, чтобы не привести эпизод из статьи Гавриила Попова и Юрия Лужкова об этом «экономическом» проекте:

«Был февраль 1992 года. На совещании, которое вел Егор Тимурович, рассматривались неотложные меры по финансированию социальных программ. Народа собралось довольно много в зале, где в недавнем прошлом восседал Егор Лигачев. За тем же столом сидел Егор, но уже другой — Егор Гайдар. Шло обсуждение социальных вопросов по строительству школ, по пенсиям, к тому времени почти обнуленным, по сбережениям граждан, тоже превратившимся в пыль. И все тот же один из авторов этой статьи проинформировал Гайдара о том, что в Зеленограде наша медицина зафиксировала 36 смертей из-за голода. На это Гайдар ответил просто: идут радикальные преобразования, с деньгами сложно, а уход из жизни людей, неспособных противостоять этим преобразованиям, — дело естественное. Тогда его спросили: ”Егор Тимурович, а если среди этих людей окажутся ваши родители?”, Гайдар усмехнулся и сказал, что на дурацкие вопросы не намерен отвечать».

Его родители, как и все знакомые были хорошо устроены. Мало того, что я не верю Ясину, когда тот заявляет, что Гайдар очень рисковал в своих героических реформах. Из всего описанного вполне очевидно, что Ельцин, со своими неясными советчиками, еще до знакомства с Гайдаром стремился к тому же, что и Раковский, к обвальному освобождению цен и именно потому и выбрал готового на все Гайдара. Все же не Гайдар по своим авторитарным симпатиям выбрал себе лидера, как пишут Попов и Лужков, а Ельцин выбрал себе кровавого исполнителя.

Еще меньше мне кажется правдоподобным утверждение этих серьезных авторов и, как и я, современников разразившейся катастрофы о том, что все дело лишь в том, что Гайдар был ярым приверженцем ошибочной экономической теории монетаризма от чего и произошли все его ошибки.

На самом деле он так же как Раковский воспользовался последним годом коммунистического правления в Польше, чтобы закрепить всю государственную собственность в частном владении коммунистической бюрократии, офицеров спецслужб и полиции, ограбив весь польский народ, а потом назвав реформу именем Бальцеровича, который безуспешно пытался что-то исправить и почти стыдился, что все это названо его именем. И в этом тоже был продуманный пропагандистский ход — назвать ограбление не именем коммуниста, а именем либерала. Так же и Гайдар, хотя и не смог переложить ответственность за все, что было им произведено в России, со всем ее народом, на какого-то другого, но успешно надел на себя маску демократа, будучи во всех своих действиях глубоко враждебным любой форме народовластия.