Взволнованный Римус прошёл на кухню, где и застал мрачного, точно туча, Лайелла. В ушах последнего всё ещё звенел голос Вальбурги Блэк, чей Громовещатель взорвался уже больше чем два часа тому назад. Когда-то Лайелл мечтал, что построит большую дружную семью. Мечтал, что у него будет два сына и, возможно, дочка. Его жена, Хоуп, обычно посмеивалась, но не возражала. Было решено, что когда Римус пойдёт в начальную школу — Хоуп всё-таки происходила из магглов и считала, что начальное образование сыну не помешает, — тогда они и задумаются о втором ребёнке. До пяти лет Римусу оставалось совсем немного… и вот тогда их семью постигло несчастье. Фенрир Сивый проник в дом и чуть не убил мальчика. Не убил, но навеки наградил проклятием. Римус стал оборотнем, и о втором ребёнке больше не могло быть и речи. Хотелось хоть как-то сберечь этого. Лайелл с Хоуп делали всё, что было в их силах: искали лекарства, укрепляли подвал, накладывали заглушающие заклинания. Каждое полнолуние было тем ещё испытанием. Кажется, они с Хоуп состарились на несколько десятков лет раньше, чем положено. Наверное, не стоило удивляться, что жена заболела и ушла из жизни очень рано. Бедняжка отдала слишком много сил и нервов семье.
— Что-то со здоровьем? Тебе плохо? — приблизившись к отцу, спросил Римус.
Лайелл повернул голову и пристально посмотрел ему в лицо. Да, он виноват в том, что сын стал таким, да, он не сдержал однажды язык за зубами, оскорбил оборотня и поплатился за это, но ведь он сделал всё, что только было возможно, чтобы уберечь Римуса от расправы. Люди ведь очень жестоки, они бы его не приняли, давно бы растерзали или куда-нибудь упрятали.
— Ты что же это творишь, мерзавец? — наконец сурово сказал Лайелл, поднявшись из-за стола. — Мы с матерью для этого тебя берегли, чтобы ты потом почувствовал себя всесильным и с Блэками решил силой помериться?
— С Блэками? — не понял Римус. — При чём тут…
Звонкая пощёчина заставила его отшатнуться. Римус приложил ладонь к горящей щеке и изумлённо уставился на отца.
— При том, что мы просили тебя быть осторожнее!! — загремел обычно сдержанный Лайелл. — Просили никуда не встревать! А ты, я смотрю, себя героем почувствовал?! Где ты этого понабрался?! Кто тебя этому научил?!
— Немедленно объясни мне, что это значит!
— Это значит, что тебе пора идти наверх и собирать вещи!
— Да ты с ума сошёл… Нет, я не буду с тобой разговаривать в таком тоне. Успокойся, тогда и…
Римус было развернулся, но отец вдруг схватил волшебную палочку.
— Экспеллиармус! Инкарцеро!
— Папа, перестань! Папа, не сходи с ума!!!
Схватив возмущённого сына за шкирку, Лайелл потащил его к двери в подвал. Открыв дверь, он толкнул связанного сына на лестницу и тот покатился вниз.
— Я тебе покажу, как вражду с Блэками начинать! — бросил в темноту Лайелл и закрыл дверь.
Он подобрал с пола волшебную палочку сына и отправился к лестнице.
— Ты не можешь меня здесь держать!! — послышался ему из подвала громкий голос Римуса. — Мне уже двадцать один год! Я сам решаю, как мне жить! Я…
Но Лайелл его больше не слушал и поднялся на второй этаж. Он хорошо знал традиции и порядки. Это теперь Громовещателями разве что родители детей в школе пугают. А вот в старое время, о чём ему рассказывал дед, а тому его дед, слышавший от своего деда… В старое время Громовещатели слали, чтобы объявить войну. Что уж говорить про Громовещатели от Блэков. Раньше поговаривали, что если кто-то получит от них Громовещатель, то долго он не проживёт, а Вальбурга Блэк выразилась довольно ясно. До следующего полнолуния оставалось чуть больше недели.
— Решает он, — сердито повторил Лайелл в спальне и достал из-под кровати чемодан. — «Нарешал» вот уже… Ничего, поедешь как миленький. Не переживай, Хоуп, — прибавил он, глянув в сторону фоторамки у кровати. — Я его увезу. Надо будет уменьшу, в чемодан спрячу… Не важно как, но увезу, враждовать с Блэками мы не будем. Этот недоумок просто не понимает, с кем он связался. Будь спокойна, я о нём позабочусь!
Сириусу опять виделась та же ночь. Снова он на всей скорости летел по усыпанному звёздами небу в Годрикову Впадину. Фары мотоцикла прорезали тьму улицы при приземлении.
— Джеймс!! Лили!! — кричал Сириус, спрыгнув на землю, и помчался к дому.
Он едва достиг ступеньки крыльца, как темноту за оконным стеклом озарила изумрудная вспышка.
— Не-е-е-е-е-е-е-е-т! — закричал Сириус и, споткнувшись, и упал.
Упал и вдруг резко сел на кровати. Его окружала темнота. Сердце часто стучало в груди, лоб покрыла холодная испарина. Это сон. Всего лишь очередной сон. Он на Гриммо, в своей старой спальне. Волан-де-Морта больше нет. Сириус глубоко вдохнул и в тот же момент в стороне послышался плач.
— О нет…
Отбросив одеяло, он вскочил и бросился к детской кроватке. Своим вскриком он разбудил и напугал Гарри.
— Эй, всё хорошо, — мягко сказал Сириус, достав его из кроватки. — Всё в порядке, дружок… ты в безопасности…
