— Над ребёнком проводили какой-то ритуал? — наконец спросил Август, подняв на него взгляд.
— Н-нет… вроде не было такого, — озадаченно ответил Сириус. — А что? Почему вы вдруг спросили?
— Потому что я могу скрыть этот шрам, раз это так нужно, но вот свести его вряд ли получится. Видите ли, он связан… с тем, что находится в ребёнке.
— Что находится? — не понял Сириус и следом за целителем повернул к матери голову.
Август, казалось, рассчитывал, что Вальбурга что-то прояснит, но она молча посматривала в сторону Гарри, решившего подползти к Сириусу и попробовать молоточек на его ноге.
— Я о той тёмной сущности, которая в нём заключена. Если вы проводили ритуал, чтобы мальчик стал сосудом для вас…
Сириус едва успел открыть рот, как мать вдруг отрезала:
— Сириус не проводил такой ритуал и я тоже.
— О… виноват, поспешил с выводами, тогда получается, что…
— Да, похоже, что так.
— Хм… а это объясняет, почему Тёмный Лорд вдруг исчез…
— Да, похоже, он сделал выгодное вложение, но не рассчитал силу…
— Подозреваю, для него это пустяки, подождёт лет десять-двенадцать и…
— ПОДОЖДИТЕ!
Сириусу пришлось повысить голос, чтобы мать с целителем закончили непонятную беседу и обратили на него внимание. Гарри тоже отвлёкся от постукивания по его ноге молоточком и задрал голову. Нервно улыбнувшись ему, Сириус лёгонько потрепал крестника по волосам и заговорил тише:
— О чём вы вообще ведёте речь?
— О том, что я обнаружил в мальчике, — ответил ему целитель. — Оно не врождённое и могло оказаться в нём, если только кто-то вложил.
— Август хочет сказать, — продолжила Вальбурга, — что кто-то провёл ритуал или же не рассчитал свою силу и вложил часть себя в твоего Гарри.
Сириус ещё сильнее нахмурил лоб, и она прибавила:
— Когда мальчик подрастёт и окрепнет, Тёмный Лорд сможет возродиться в его теле. Некоторые личности, знаешь ли, очень боятся смерти и готовы переселиться из одного дряхлого тела в другое, помоложе и покрепче, чтобы только её избежать.
— У тёмных магов такое практикуется, по крайней мере, в древнее время такое не было редкостью, — заметил Август.
— Но… Гарри же можно от этого избавить? — тихо спросил Сириус.
— Вот в этом и заключается проблема, — ответил целитель. — Боюсь, если попробовать разрушить то, что находится в нём, мальчик этого не выдержит и погибнет.
— Но он ведь сможет с этим жить? — спросила Вальбурга.
— Думаю, да. Вопрос лишь в том, как долго. Если Тёмный Лорд не пал, то… рано или поздно он доберётся до своего вложения и воспользуется им. Тогда вам останется только решить, готовы ли вы отдать ему мальчика и подвергнуть чудовищной процедуре вытеснения души или же вы готовы облегчить его муки и…
Голос целителя становился всё тише и, казалось, доносился издалека. Сириус еле дышал и не чувствовал слабые удары молоточка по ноге. Он больше ничего не видел. Ему казалось, что он падает. Покидает кроличью нору, приносившую ложное облегчение, и вот-вот очнётся там, где всё это время находился. Очевидно, не было никакого чуда. Не было ночного полёта. Не было возвращения на Гриммо. Не было разговора с матерью. Не было её неслыханной доброты. И всего остального тоже не могло быть. Наверное, он всё ещё в доме Поттеров. Лежит как тряпка на полу и не хочет смотреть на Джеймса. Пора открыть глаза и признать истину. В доме тихо. Не было в нём Хагрида. Наверху он найдёт бездыханное тело Лили, а в детской кроватке неподвижного крошку Гарри. Они все погибли из-за него. Вся его семья.
— …да ведь, Сириус?
Кто-то положил ладонь ему на плечо, и Сириус непроизвольно вздрогнул. Он всё ещё сидел на диване. Гарри продолжал работать молоточком, Август посматривал в его сторону, а на противоположном диване никого не было. Он даже не слышал её шаги.
Вальбурга стояла рядом. Это её ладонь лежала на плече Сириуса. Он перевёл взгляд с неё на целителя и понял, что совершенно не понимает, чего они от него ждут.
— Я спросил, можно ли мне срезать прядь волос с головы Гарри и взять капельку его крови, чтобы основательно всё изучить и перепроверить, — сказал Август, словно уловив по лицу Сириуса его недоумение.
— А я заметила, что не вижу в этом проблемы, не так ли, дорогой? — прибавила Вальбурга, и её пальцы чуть крепче сжали плечо сына.
Его горло снова сдавливала невидимая рука. Сириус не знал, спит он или нет, и молча кивнул. Гарри не заметил, как с его головы была срезана прядка. Он лишь скривился и ударил молоточком Августа по руке, когда тот кольнул его пальчик иголкой. Целитель же протёр его пальчик чистым носовым платком и убрал тот в карман. Кажется, он что-то сказал перед тем, как шагнул в камин, а Вальбурга ему что-то ответила. Сириус пропустил это. Гарри подполз к его боку, и он его обнял одной рукой. Крестник встал на ноги и стал теребить его волосы. Наверное, пора было отнести его наверх и уложить в кроватку, но Сириус не мог подняться. Ноги, казалось, налились свинцом. В голове, как шумные волны о скалы, бились одни и те же вопросы. Что? Что ему сделать? Что ему сделать, чтобы уберечь Гарри от ужасной участи? Как ему не дать Волан-де-Морту до него добраться?
