— Добби! Эй, Добби, подержи-ка Гарри! — велел Сириус и, пока всё ещё был возбуждён от неожиданной встречи, легко дошёл по коридору до лестницы и двинулся по ступенькам вниз.
— Матушка! Ма…
Спускаясь с третьего этажа на второй, он вдруг снова уловил нечто странное… то же ощущение холода и уныния.
— Мордред, — пробормотал Сириус, снова вскинув палочку, и пошёл быстрее.
Он застал их в гостиной и замер. Дементор парил у дивана, на котором лежала Вальбурга, а Кикимер…
— Отойди от госпожи, мерзкая тварь! Отойди или Кикимер за себя не ручается! — злобно повторял домовик, держа в одной руке кочергу, а в другой горящее полено.
Дементор шипел, пытался подобраться ближе и снова отступал. Что именно на него действовало лучше — удары кочерги или полена — понять было трудно. Сириус снова взглянул на мать и наконец вышел из оцепенения. Сосредоточившись на том же дне в Годриковой Впадине, он снова взмахнул палочкой.
— Экспекто патронум!
В этот раз серебристый пёс сорвался с конца палочки без колебаний и рванул к дивану. Дементор хотел повернуть к окну, но удар полена сбил его с толку, и он повернул в другую сторону. Серебристый пёс укусил его за место пониже пояса, и дементор, сам того не понимая, отступил и сунулся в камин. Послышалось грозное шипение, огонь в камине вдруг окрасился в неестественный чернильный цвет, серебристый пёс смешался с ним и что-то бахнуло так сильно, что на мгновение Сириус вздрогнул и зажмурился. Когда он открыл глаза и посмотрел вперёд, огонь в камине был обычного цвета, а о существовании чего-то необычного в доме говорила разве что тёмная пыль, разлетевшаяся по полу.
— Мерзкая тварь, — проворчал Кикимер. — Весь ковёр изгадила. Госпожа будет недовольна…
Сириус не стал его слушать и поспешил к дивану.
— Матушка?
Она казалась неживой, бледная и неподвижная. Её лицо ничего не выражало, и глаза были закрыты.
— Мама… — обеспокоенно повторил Сириус, опустившись на колени, и схватил её за руку.
Ладонь тоже оказалась холодной, и Сириус принялся её растирать.
— Эй, отцепись от ковра и принеси что-нибудь её укрыть! — крикнул он Кикимеру.
— Кикимер уже принёс плед, — отозвался домовик и подобрал тот с подлокотника противоположного дивана.
Сириус быстро укрыл пледом мать и взмахом палочки сделал огонь в камине сильнее.
— Кикимер, найди в доме шоколад и неси его сюда! Нет, стой! Сделай горячий шоколад и неси его сюда.
— Да, Сир... наследник рода, — вдруг сказал домовик и с хлопком исчез
— Добби! — крикнул Сириус, и молодой домовик с крестником в руках очень скоро оказался возле него.
— Добби, давай Гарри сюда, здесь теплее, — сказал Сириус и посадил крестника на соседний диван. — Сходи на кухню, там Кикимер готовит горячий шоколад, поищи, может, найдёшь для нас с Гарри полплитки или хотя немного конфет.
— Да, Сириус, — отозвался Добби и через мгновение тоже исчез.
Гарри заметно успокоился и теребил в руках мягкого зайку. Через какие-то минуты он жевал дольки шоколада и улыбался, пока Сириус сидел на полу и посматривал то на него, то на мать. Похоже, она наконец разогрелась и стала приходить в себя.
— Ма... Матушка? — спросил он, заметив, как она зашевелилась. — Подожди, не торопись, я тебе помогу.
Придвинувшись к ней, Сириус просунул руку под её спину и придержал за плечи. Кикимер протянул ему кружку с горячим шоколадом, и Сириус помог матери немного приподняться.
— Осторожно, горячий... Давай маленькими глоточками... — сказал он, поднося кружку к её губам. — Вот так, да, понемногу, сейчас быстро полегчает.
Совсем скоро его матери действительно стало полегче, её взгляд прояснился, и к лицу вернулась краска. Она самостоятельно приподнялась и села на диване.
— Что это было? — спросила у Сириуса и забрала из его рук кружку.
— Дементор же, — ответил он, все ещё сидя на полу возле неё. — Ты разве, ну... Ты ничего не делала, чтобы он и его приятель тут появились?
— Рехнулся?! — грубо спросила она, и Сириус понял, что да, матери настолько полегчало, что к ней вернулся её скверный характер. — Дементоры в моём доме... Как это возможно?
— Вот уж не знаю, — отозвался Сириус и отодвинулся к другому дивану, где сидел Гарри. — Хорошо хоть удалось одного прогнать, а другой... Совсем дурной попался, — заметил он и посмотрел в сторону камина и той грязи, что образовалась возле него.
Матушка проследила за направлением его взгляда и нахмурилась сильнее. Кикимер старательно убирал пыль и вытряхивал ковёр, пока она пила шоколад. Матушка помолчала, а потом резко поставила пустую кружку на кофейный столик.
— Помоги мне, — сказала она и протянула руку.
Сириус решил не спорить и молча подошёл к ней. Поднявшись с дивана, мать взялась за его локоть и потянула вперёд. Сириус велел Добби присматривать за Гарри и повёл мать из гостиной.
— Ты уверена, что ты в порядке? Может, стоило ещё полежать или Августа позвать? — спросил он по пути и пожалел.
— Сириус, сколько можно тебе повторять — молчи, когда у тебя не спрашивают совета! — отрезала матушка и вместе они спустились вниз, прошли через столовую и вышли на кухню.
