Широко распахнув глаза, я застыла изваянием. Казалось, некромант ничего не сделал. Но внезапно агрессивная старушенция истошно заорала. А через секунду она уже старалась стянуть с шеи золотисто-черную удавку и билась, как гигантская рыба. Не обращая внимания на желание «добычи» освободиться, потрясающе невозмутимый Дмитрий пеленал привидение искрящимися нитями силы.
На мумию становится похожа.
Осознание, что меня не съедят живьем, пришло как-то неожиданно. Так и не решив плакать или смеяться, я клацала зубами не хуже привидения. Резкая вспышка озарила ночное небо. И как-то сразу все кончилось. Призрак в прямом смысле исчез. Даже луна скрылась за тучами.
Тихонько зашуршали ветки. Шустро работая лапками, ушастый зверек забрался на меня, занырнул в карман куртки.
«Никогда так больше не делай», — строго попросила высшая сущность.
Это он о чем? Не дразнить духов или не выбрасывать его, пытаясь спасти?
Пошевелившись, обнаружила, что самостоятельно выбраться из кустарника мне не светит. Устало откинувшись на спину, устремила взор в темное небо.
Да и фиг с ним. Полежу, отдохну.
Услышав шаги, я переплела пальцы на животе, закрыла глаза. Остановившись где-то в районе моих ног, Дмитрий все с тем же вселенским спокойствием поинтересовался:
— Позволишь помочь тебе выбраться?
А ведь наше знакомство началось с аналогичной ситуации. Шлепнулась в кусты, а он вытащил. И нёс на руках до кабинета кадровика.
Память мгновенно подкинула воспоминание о том, что произошло позже, на сумеречном уровне, и о том, какие серьезные последствия образовались для меня. Чисто женская обида шевельнулась где-то на краю подсознания. Жестко себя одернула.
Неужели я настолько неблагодарная сволочь? Дмитрий примчался на помощь по первому зову. Избавил множество людей от жуткой смерти. И только что реально спас мне жизнь, причем без какой-либо выгоды для себя. Гордо задирать подбородок или прямо сейчас затевать «разбор полетов» — верх идиотизма. Потом поговорим, при случае. Если он будет.
Протянув некроманту руку, я ровным тоном ответила:
— Приму твою помощь с благодарностью.
Его ладонь обняла мою. С удивлением почувствовав теплую кожу, подалась навстречу своему первому мужчине. С легкостью вытащив из кустов, Дмитрий не спешил убирать руки с моей талии: смотрел как-то непонятно, словно чего-то ждал.
«Або, ты ему сказал о ребенке?» — натруженные мышцы помимо воли напряглись.
«Нет. Сами разберетесь».
О как. Неожиданно, но приятно.
Тело тотчас расслабилось. Я посмотрела в глаза некроманту, улыбнулась.
— Спасибо, — сказала тихо, но искренне.
— Пожалуйста, — невозмутимое лицо мужчины озарила лучезарная улыбка.
Отчего-то растерявшись, я отвела взор. И тут наконец-то поняла, что с Дмитрием не так. Точнее, с его одеждой. Определенно, дорогущий китель нараспашку, рубашка и ремень расстегнуты. Складывалось четкое впечатление, что ушастик снял некроманта с женщины.
А ведь еще вчера звал замуж. М-да уж.
Я уверенно шагнула назад. Бросив взгляд на свой полуобнаженный торс, Дмитрий хмыкнул. Неторопливо застегивая пуговицы, ровным тоном сказал:
— Представляю, как это выглядит. Но нет, я собирался на совещание.
— М-м-м, — протянула я нарочито глубокомысленно.
Спрятав кубики пресса и мускулистую грудь под тканью рубашки, Дмитрий заложил руки за спину.
— Саш, у меня был очень тяжелый день. Я сегодня короновался, потом совещания, одно за другим. И сейчас предстоит очередное. Простого человеческого «спасибо» мне от тебя достаточно. Пирожков больше не надо.
Он стал императором⁈ Так быстро? Елки-палки, а ведь подаренный мною расстегай его сильно задел. За тот случай стыдно, да. А вот сейчас не чувствую вины. Нечего бродить полуголым. Так, скользкую тему закрыли.
— Дим, я правда тебе искренне благодарна. Не каждый день меня исключают из блюд «запоздалого ужина», — я опустила руку в карман. Поглаживая теплое тельце тушканчика, задумчиво продолжила: — Вероятно, следует тебя поздравить. Ты стал тем, кем должен, — императором. Но корона монарха настолько тяжела, что… — недоговорив, сокрушенно вздохнула.
— Рад, что ты понимаешь, — его голос стал низким, бархатистым и словно ласкал.
По коже пробежали мурашки. Аккуратно потерев кончик носа, скрыла смущение.
— Не уверена, что тебе пригодится эта информация, но все же, — решительно посмотрев в золотистые глаза императора, я продолжила: — В моем мире был и Иоанн Грозный, и царевич Дмитрий. Мальчика убили, когда ему было восемь. Спустя много лет появился некий Гришка Отрепьев. Его называли Лжедмитрием. Он занял трон, а через год Василий Иванович Шуйский стал императором. Отрепьев погиб.
— Хм-м, — Дима задумчиво потер подбородок. — Знаешь, а у меня завтра утром намечено мероприятие с участием князя Василия Ивановича Шуйского.
Уж сама не знаю почему, но захотелось помочь Дмитрию, вполне возможно, хотела хоть как-то отплатить за свою жизнь.
«Або, составишь завтра некроманту компанию?»
«Хорошо. Сам ему скажу».
Пряча глаза за пушистыми ресницами, Дмитрий определенно общался с ушастиком. Закончив диалог, государь пристально посмотрел на меня.
