По спине пробежал холодок страха. Не позволяя фантазии разгуляться, я поинтересовалась:
«Трупов, надеюсь, нет?»
«Нет».
Хоть что-то хорошее.
Взяв со стола корнишон, я целиком закинула его в рот, задумчиво захрустела. Сама не знаю почему, но начало казаться, что отсутствие прислуги — прощальный «привет» от боярыни Апраксиной. «Любящая» мать вполне могла забрать их с собой. Ну, или всех разом уволила. Зачем? Чтобы неблагодарная дочь хорошенько помучилась.
Дом громадный, убираться, готовить, стирать некому. Быстро вопрос с кадрами не решить. Квалифицированных, а главное — надежных слуг найти очень сложно. Неприученной к труду юной дворянке придется все делать самой или жить как свинье. Еще и впроголодь. Шикарная подлянка! Да вот только просчиталась матушка.
Хмыкнув, я отыскала взглядом солонку. Выбрав самый аппетитный помидор, щедро его посолила. С наслаждением вонзив зубы в сочный, ароматный овощ, спросила ушастого друга:
«Где лучше выпустить домовых?»
«В кабинете».
Вымыв липкие от сока пальцы, я бодрым шагом покинула кухню. Войдя в кабинет, водрузила «переносное устройство» в центр рабочего стола. Сосредоточившись, мысленно сообщила домовым, что это мой дом и очень нужна их помощь.
Спустя несколько секунд из голенища вылетел рой маленьких светлячков. Лишь на миг зависнув над столешницей, «огоньки» стремительно разлетелись в разные стороны.
«Всё. С этой минуты можешь не беспокоиться о бытовых проблемах. Единственное, что не могут домовые, — это обеспечивать продуктами и готовить», — деловито доложил ушастый всезнайка.
Эх-х. Жаль конечно. Впрочем, кухарка мне не особо и нужна. Сама в состоянии себе приготовить. Было бы желание.
Взгляд зацепился за картину на стене. Ничего особенного: море, парусник. Отдаленно напоминает работы Айвазовского. Но что-то с этой картиной было не так. Хмурясь, я рассматривала полотно. Наконец-то поняв, что напрягало, тихо рассмеялась. Висела она чуть криво.
Подойдя, я поправила угол рамы, а после, сама не знаю зачем, приподняла картину. Увидев за ней дверцу сейфа, удивленно присвистнула.
Нормальный ход. Интересно, что в нем? Золото-брильянты?
Сидящий на плече ушастик внезапно сообщил:
«Код сейфа: семнадцать, три, двадцать девять».
«Стесняюсь спросить, откуда знаешь?»
«Его сегодня открывали, вижу остаточный тепловой след», — невозмутимо ответил этот потенциальный домушник.
«Талантов у тебя тьма-тьмущая», — сообщила я иронично, тыкая пальцем по кнопкам.
«Это естественно, — с пафосом заявил тушканчик. — Я же высшая сущность».
Еще и очень скромный.
Я усмехнулась. Услышав тихий щелчок, потянула на себя дверцу и не сдержала огорчённого вздоха. На верхней полке сейфа лежала одинокая чёрная тетрадка, а на нижней — тонюсенькая стопка купюр. Вот, собственно, и всё.
— Не густо, — с досадой пробормотала я себе под нос.
«Надеялась, что боярыня оставит тебе драгоценности?» — в голосе высшей сущности сквозило удивление.
Я неопределённо пожала плечами. Захлопнув сейф, повесила картину ровно и вместе со своим уловом переместилась за стол. Локоть зацепился за сапог. Тот с глухим стуком шлёпнулся на пол.
Спрыгнув на стол, зверёк уселся напротив меня, добродушно бросил:
«Неуклюжая».
Легонько щёлкнув его по огромному уху, я глянула на обувь, валяющуюся на полу. Скривившись, как от лимона, нагнулась, поставила конкретно надоевший сапог у ножки стола. Подтянув к себе деньги поближе, тщательно пересчитала купюры, сложила их аккуратной стопочкой.
Расщедрилась матушка. Целую тысячу рублей наличными выделила. Что в тетрадке?
Открыв твёрдую обложку, прочла записи на первой странице, затем на второй, третьей. Наблюдавший за мной Або поставил гигантские уши торчком, с любопытством спросил:
«Что там?»
Думая о своём, я задумчиво ответила:
— Пароли, явки.
«Не понял», — зверёк смотрел на меня с недоумением.
— Телефоны, должности, фамилии, адреса. Похоже, здесь контакты нужных мне людей. Теперь даже знаю, как зовут управляющего родовым бизнесом, — я кривовато усмехнулась.
«И что тебя расстроило?» — тушканчик приблизился.
— Продуманность боярыни Апраксиной, — хмурясь, я откинулась на спинку кресла, пояснила: — Формально её упрекнуть не в чем. Даже уехав в никуда, о дочери напоследок позаботилась: в укромном месте оставила необходимую информацию, наличные на мелкие расходы. А коль дочь всем этим не воспользуется, не её проблемы. Как думаешь, знала моя предшественница код от сейфа?
«Скорее всего, нет, — Або по рукаву забрался мне на плечо. — Думаю, не ошибусь, предположив, что боярышня не знала и о самом тайнике в кабинете».
— Вот именно, — я раздражённо потёрла костяшки на руке. — И то, что слуг в доме нет, любящая матушка запросто объяснит. Дескать, она их нанимала, не желала выслушивать мои претензии ещё и к их некачественной работе. Ну, или что-то подобное. В общем, она вся такая белая и пушистая.
«Анфиса Тимофеевна не станет стравливать тебя с Силантьевым. Побоится. Но она затеяла свою игру», — уверенно заявил тушканчик.
— Ничуть не сомневаюсь. Надеется, что обломаю себе зубы, а она явится в образе матушки-спасительницы. Бесит, — бросила я сердито.
