Я облизнула мгновенно пересохшие губы, спросила:
— Або рассказал? — голос помимо воли дрогнул.
— Нет. Сам догадался. Ушастый держит нейтралитет.
— На него похоже, — я кривовато усмехнулась.
Неожиданно благоухание роз стало просто нестерпимым! Кровь отлила от лица, затошнило.
— Что? — Дмитрий встревоженно смотрел на меня.
Стараясь не грохнуться в обморок, я хрипло выдохнула:
— Цветы.
Некромант стремительно оказался рядом. Положив ладонь мне на затылок, уткнул лицом в свою рубашку.
Какого чёрта⁈
Собрав последние силы, я вяло трепыхнулась, пытаясь освободиться. Но уже через пару мгновений замерла от удивления. Аромат этого мужчины молниеносно устранил тошноту.
Охренеть.
Пальцы Дмитрия нежно перебирали мои волосы, а я бесцеремонно нюхала его грудь и балдела от запаха.
— Полегче? — его тёплое дыхание коснулось уха.
— Угу, — промычала в ответ, не прекращая своего безумного занятия.
Где-то краем сознания понимая, что мое поведенье ненормально, нехотя отстранилась.
Император с олимпийским спокойствием поинтересовался:
— Букеты от поклонников?
— Главы родов шлют, — я печально хмыкнула.
— Если до истечения суток эти корзины не вынести из дома, тебя опять накроет, — полюбовавшись моим изумлением, Рюрикович хладнокровно пояснил: — Редко, но случается, что у женщины, вынашивающей ребёнка некроманта, возникает аллергия на розы. Теперь мы оба знаем: чем больше таких цветов, тем хуже твоё самочувствие. На фантомные аналоги правило не распространяется.
Хм-м. Выходит, подарив мне фантом «королевы цветов» некромант подстраховался? Предусмотрительно. Стоп. А почему я сейчас на него реагировала как кошка на валерьянку?
Прислушавшись к собственному телу, обнаружила, что нигде, ничего не беспокоит. Энергия бурлит, да и голода совсем не ощущаю.
— Поговорим? — я мрачно посмотрела на императора.
— Конечно.
— В таком случае идем на кухню.
Его величество ел суп. С удовольствием и молча. Заваривая чай, я пользовалась отсрочкой и лихорадочно продумывала варианты предстоящего разговора. Картины рисовались одна хуже другой. Чем больше думала, тем отчётливее понимала: на месте императора запрятала бы беременную серебряную ведьму куда-нибудь подальше. Туда, где никто не найдёт.
Скорее всего, Дмитрий планирует отправить меня в монастырь. В какой можно и не гадать. Его дед говорил об Угличе: место тихое, уединённое, ещё и надёжно защищённое от всех видов магии.
Я не хочу в тюрьму!
Хотелось материться, громко и с чувством.
«Саша, прости, если сможешь. Плохой я для тебя наставник», — прошелестел в разуме потухший голос Або.
Вся злость в одночасье испарилась.
«О чём ты?» — я застыла с заварочным чайником в руке.
«О своём невежестве. Про розы не знал. Дал тебе не ту схему поднятия зомби. Некромант только что указал на мою ошибку. Но самое страшное, я даже не подозревал, что ты находилась на грани магического истощения. Не вижу ведь тебя, ещё и ребёнок берёт энергию. Я допустил грубую, непростительную ошибку», — безжизненно покаялся тушканчик.
Так вот почему Димитрий Иоаннович не спешит со мной общаться. Он уплетает лапшу и заодно ведёт беседы
«Прекрати, — пресекла я самобичевание высшей сущности. — Во-первых, мы с тобой из другого мира. Здесь всё чужое, совсем другое! Причем для нас обоих. Во-вторых, ты не некромант, а менталист. У каждого дара есть свои нюансы. И вообще, даже высшей сущности ошибаться или что-то не знать не зазорно. Або, ты не только мой наставник, но и друг. Самый настоящий. Твоя боль — моя. Уверена, ты меня понял. Всё, давай закроем эту тему».
Невидимая высшая сущность впервые и совсем по-человечески тяжко вздохнула.
«Где ты? Хочешь, иди к нам, но боюсь, мы с господином Рюриковичем поругаемся».
Або не ответил. Понимающе хмыкнув, я налила горячий напиток в две кружки. Поставив их на стол, забрала у некроманта опустевшую тарелку, положила в раковину. Сев напротив самодержца, грозно свела брови к переносице.
Ну давай, вещай, батюшка-император. Хрен я поеду в твою ссылку!
— Спасибо за лапшу. Вкусно, — невозмутимо сообщил Дмитрий.
Одарив его ледяным взглядом, я сухо бросила:
— Пожалуйста.
Не реагируя на мой боевой настрой, некромант глотнул горячего напитка, одобрительно хмыкнул.
«Ты сказала, что я твой друг. Мне надоело держать нейтралитет, — внезапно заявил Або. Из ниоткуда возникнув посреди столешницы, зверёк поднял торчком громадные уши: — Сейчас вы слышите меня оба. Некромант, говори ей всё как есть, иначе потеряешь. Саша, ты его не просто нюхала, но пила жизненную силу. Дмитрий отдал её добровольно. Он только что спас тебя от магической комы. Поговорите уже хоть раз нормально!» — потребовала высшая сущность и исчезла.
Шок — это по-нашему. Я неверяще смотрела на императора: тот не выглядел измученным или стоящим одной ногой в могиле. Однако мне стало стыдно. Конкретно так.
— Извини, надумала себе, — я запнулась, — всякого-разного. Вот и веду себя как злой ёж.
— Злой ёж, — задумчиво повторил некромант. — Теперь буду знать, кем в гневе становится любимая женщина.
