— Все процедуры — без реабилитационного периода и с мгновенным эффектом, — щебетала администратор. — Ничего более серьезного, вроде мезотерапии, мы в канун праздников не делаем. Советую вам взять максимальную программу-уход «Роскошь и релакс». Всего два часа — и полное преображение!
— И цвет глаз изменится? — усмехнулась Арина.
Поток рекламы из уст администраторши на секунду притормозил, но немедленно понесся с новой силой:
— После косметолога я могу вас записать на мейкап, там ваши необычные глаза оттенят, подчеркнут и максимально украсят. Ну и, конечно, надо что-то делать с прической. Простите, но золотистый цвет глаз предполагает совсем иной цвет волос!
Арина никогда не связывала свои глаза с благородным металлом — какое золото, просто желтые они, как у кошки. Волосы тоже прежде не красила. Но сейчас, видно, еще не оправилась от ступора, поэтому соглашалась на все. А администраторша склонялась над журналом и восторженно восклицала:
— Вам удивительно, просто редкостно повезло! Визажист сегодня свободен, и у нашего лучшего парикмахера есть местечко!
Улыбнулась еще шире:
— Как вы будете платить?
Арина глупо улыбнулась:
— Не знаю.
«Сейчас и погонят меня отсюда поганой метлой».
Однако администратор продолжала сиять:
— Вы ведь у нас лежите? Фамилия, имя? Ага, вижу. Никаких проблем. У вас неограниченный кредит.
И Арину немедленно поволокли преображаться.
— А когда я освобожусь? — робко спросила она.
— Часам к семи вечера, не раньше, — сообщила администратор. — Но вы не волнуйтесь, вам подадут сначала легкие закуски, а потом обед.
«Как бы мне дяде Феде позвонить?»
Просить у сладкоголосой девушки телефон неудобно. Да и вряд ли дядя Федя по ее свистку мгновенно примчится из Москвы, как он летом сделал.
«Но зачем тогда мне идти к визажисту, к парикмахеру? Чтобы Юльку и медсестер в отделении поразить?»
Открыла уже рот, чтоб сказать, что она только к косметологу пойдет.
Но в ушах вдруг голос — очень знакомый по вчерашней вьюжной ночи.
— Арина, порадуй старика. Хочу тебя увидеть прекрасной царевной!
Вот так. Из ступора выбрались — но галлюцинации продолжаются.
— Чертов дед, — еле слышно пробормотала она.
Администратор переспросила:
— Вы про Деда Мороза? Уже знаете, да? Сегодня он обязательно придет. Часа в четыре. Как раз у вас пауза будет — между косметологом и визажистом. Всех клиентов ожидают приятные подарки. Ну, пойдемте делать из вас королеву?
И Арина покорно отправилась — на чистку. Легкий пилинг. Хиро-массаж. Пластифицирующую маску. В воздухе витали ароматы хвои. Из музыкального центра шумели морские волны. Косметолог не отходила ни на минуту. Даже пока клиентка лежала с маской, делала ей массаж рук. Арина незаметно задремала. Проснулась от оглушительного звона колокольчиков. Открыла глаза, заморгала. Она одна, лежит, укрыта до подбородка, в косметологическом кабинете. А рядом — Дед Мороз. Артист из продвинутых. Костюм бархатный, борода приклеена аккуратно, голос прекрасно поставлен:
— С Новым годом, Арина! С новым счастьем!
И достает из мешка плоскую коробочку. Довольно большого формата. Упакована в разноцветную бумагу, бант, печать, ее имя шрифтом под старину.
— Вам подарок!
— От кого это? — растерялась она.
— Ну, вы ведь желание загадывали? — ласково произнес Дед Мороз. — Вот я его и исполнил!
А когда Арина потянулась к коробке, шутливо притянул подарок к себе, покачал головой:
— Сначала стишок!
Ну что за глупая ситуация! Она лежит в халате, под одеялом. Неужели вскочить сейчас, встать на табуретку?!
— Не помню я стихов, — пробормотала жалобно.
— Тогда не дам подарок, — поддразнил Дед Мороз.
Ладно. Мама любила Мандельштама. Часто его цитировала. И сейчас Арина повторила, как попугай:
— Как-то слишком грустно, — не одобрил Дед Мороз.
Но подарок протянул.
— С Новым годом, Арина! — заученно грянул напоследок.
Вышел из кабинетика.
Она села на кушетке. Нетерпеливо разорвала бумагу. Коробка. В ней две пластиковые непрозрачные папки на застежках-молниях. Странный подарок — для клиента косметического салона.
Открыла одну. Единственный документ — на плотной гербовой бумаге, с печатью.
— Так не бывает, — прошептала несчастная.
