– В следующий раз – смолчать. И тогда даже я поверю в твое смятение, – дал циничный совет принц и добавил: – С тобой, Одри, уникальный случай: обычно лжеца выдают жесты. У тебя же с точностью до наоборот.
– Потому что я обычно не вру. Во всяком случае, стараюсь быть честной настолько, насколько мне позволяют обстоятельства.
Я не успела договорить фразу, а принц метнул короткий взгляд на правую руку. Точнее, на перстни, что были на ней. Камни в кольцах блестели не так, как в обычных драгоценностях. Похоже, это были артефакты. И, сдается мне, один из них реагировал на обман. Только сейчас я говорила правду. Потому-то амулеты и безмолвствовали.
Что ж… Ваше дракошество, спасибо за подсказку. Теперь, слушая ответы, тоже буду посматривать на ваши руки. И не для любования. Хотя, чего греха таить, они хороши. Сильные, жилистые, но не задубевшие. Такие, способные удержать с легкостью и меч, и перо, карать и касаться нежно…
Так… Куда-то тебя не туда занесло, Дашка! Отставить мужские руки. Взять на вооружение дармовой детектор лжи. Ведь, сдается, артефактный перстенек реагирует на любой обман, не только мой…
Подумала – и тут же отвела взгляд в сторону, чтобы принц не заподозрил о моей догадке.
– Очень точное уточнение… – иронично заметил принц. – Жаль, вчерашний пойманный им не отличался. Зато рассказал все без утайки и почти сразу.
– Сколько длилось это «почти»? – уточнила я, догадываясь, что не конфетами из новогодних подарков наемного мага в тайной канцелярии соблазняли. Скорее уж раскаленными клещами.
– Тебе не говорили, что ты слишком проницательная? – заметил Ричард.
– Да, в детстве. Когда я могла просочиться в дырку забора и проникнуть в соседский сад, – отозвалась я, а потом доказала, что я еще и девичьим склерозом, увы (для мужчин!), не страдала, напомнив о вопросе: – Так сколько?
– К полуночи пойманный все выложил. И про желание твоего опекуна поскорее овладеть твоим приданым, и о погоне. Вот только после этого рассказа задержанного пришлось отпустить… – закончил Ричард.
– Отпустить? – вырвалось у меня.
– Потребовав выплаты штрафа за незаконное проникновение в академию, разумеется, – светски добавил принц.
Нет, да он издевается!
– В остальном нет состава преступления. Вожделеть прекрасную юную деву – это законно. Незаконно ее похищать, связывать, лишать чести… Но с тобой ведь такого не случалось? – спросил Ричард с интонацией человека, который уже слышал точный ответ в допросной.
– Нет. Не случалось! – выпалила я в сердцах и добавила: – Меня всего лишь пытались убить! Вернее, даже умертвили и в гроб положили. Но тут случился маленький конфуз – я возьми и воскресни!
– А доказательства? – уточнил принц так педантично, что у меня аж зубы свело.
Я сдулась. Нет, могла поклясться, конечно, но в этих зароках столько нюансов, одно неверное слово или даже пауза – и все. Ты заложник сказанного. Так что было над чем подумать. Мне. А принцу – что предложить.
– Так что академия, конечно, неплохое убежище. Но до вступления в права наследования еще год, если я не ошибаюсь? За это время многое может случиться… Я же готов предложить тебе куда более надежную защиту, чем здешние стены – стать на какое-то время для всех моей истинной…
Это прозвучало так буднично, лаконично, что невольно возникло чувство: я в переговорной и сейчас мы с партнерами заключим важный контракт.
А я, между прочим, историю о любви писала! И где она?
– Эй, а где романтика, вздохи, пылкие взгляды?! – вырвалось у меня.
– Она будет, – выдохнул принц и уточнил: – На публике. Да, звучит прагматично. Но зато это честная сделка. Я даю тебе защиту. Ты помогаешь мне дать законный повод для расторжения помолвки.
Камни на кольцах-артефактах дракошества безмолвствовали, подтверждая: мой собеседник не лжет.
– И какой же это – законный? – поинтересовалась я.
– Тот, за который не придется платить из казны неустойку, – выдохнул дракон.
– А подробнее? – дернув уголком губ, уточнила я.
Принц был краток. Но информативен. Помолвка была политическим шагом, чтобы укрепить связи с эльфами. Вот только когда две крупные державы объединяются, это может не понравиться третьей настолько, что случится конфликт интересов. Да такой, что эльфы вынуждены будут пересмотреть свою позицию.
– Значит, они хотят расторгнуть помолвку, но на выгодных для себя условиях? – догадалась я и уточнила: – Именно поэтому в академию и прибыли послы? Найти что-то… неподобающее?
– Да, – выдохнул Ричард, и стало понятно: был бы принц, а компромат длинноухие найдут! А не найдут, так организуют! – Поэтому я решил действовать на опережение и подыскать себе истинную. Нареченная дракона – это достойный повод для разрыва помолвки…
– Без дополнительной финансовой нагрузки, – подхватила я и поинтересовалась: – А в академии эльфов наши адепты по обмену есть?
Мужские губы тронула мимолетная хитрая улыбка, и стало понятно: и есть, и так же усердно шпионят ради блага (и обогащения) родной империи.
– А что будет со мной после удачного расторжения помолвки? – уточнила я.
