«Водители!» – повторяется и повторяется в голове одно и то же, словно пластинку заело на одном месте!
Стоп. Не сходится. Никаких доказательств у него нет! Директора-то заводов на суде откажутся обвинять Херувима, разве дураки они – не могут сложить один и один? Сейчас хоть что-то им да достаётся! Это кто же захочет честным быть и лишь на него с Варварой работать?!
Вот что нужно срочно делать… прежде чем кассеты Варваре под нос совать: попробовать с водителями дружбу завести, подыграть им. Может, в самом деле давать каждому лишнюю ездку без отчислений себе. И тогда они получат много больше, чем от Херувима. Варваре сказать.
И, как часто в последнее время, Лизин голос: «Говорю со старушкой в очереди, в её шкуру пытаюсь залезть. Начинает она мне свою жизнь рассказывать. А мне ох как нужно это: легко смогу старуху сыграть!»
Лиза умеет, получится ли у него? Пропасть между ним и «водилами». Цели разные.
Согласится ли Варвара дарить им лишнюю ездку, чтобы они тоже выгоду имели, не сбежали бы после разоблачения и работали на них с Варварой с удовольствием?
В любом случае Херувима нужно поскорее убрать, пока тот не убрал их с Варварой.
Война с Херувимом только вот сейчас начинается. Как можно скорее действовать, пока Херувим не добрался до Лизы.
А то, что ещё не добрался, ясно: иначе сидел бы уже в своём кабинете напротив Васи. Васи-то нет во Дворце! Значит, не нашёл их с Лизой!
Алесь встал. Отпустили его тиски мышеловки.
– Господи, спаси Лизу с Аней, а уж я поспешу, уж я расстараюсь.
Сейчас к диспетчеру. Вряд ли Херувим Ларе что-нибудь выделяет. Приказал столько-то ездок оформить, она и оформляет, не задумываясь. Вот и узнать, сколько приказывает: «водилы»-то должны сделать три в день! Если больше, значит предположение верно.
После Лары – к амбалам-водилам: не может быть, что не найдёт он с ними общего языка: о чемпионате по футболу порасспросит, о боксе.
Обеденный час. Тишина расползается из пустых кабинетов, спутывает ноги. Может, Лара уже вернулась из кафе?
Её кабинет – в боковом отсеке – на отшибе. Перед ним – холл, в котором по утрам собираются «водилы» – получают свои талоны. Сейчас тут никого. Водители – в рейсах.
– И долго будем ходить под бабой?!
Алесь прилип к полу.
Что сейчас делать в диспетчерской Херувиму? И почему дверь полуоткрыта?
– Ты чего так ложанулся? Изменила – мсти!
– Ещё не изменила…
Разве Аполлон с Херувимом заодно? Аполлон же – с Варварой!
– Только глянул на интеллигентика, понял: нам с тобой хана! Твою бабу увёл, мне на пятки наступает, чую. Это всё Варька нам на голову наклала. И мою Ваську вместе поимели! Хватит сопли верёвками распускать, тут болота не надо. Слушай сюда, вша ты жидкая. Коль мужик, давай Варьку раскатаем.
– Заткнись! Что брешешь? Да я…
– Что «я»? Не раскатаем её, она нас с тобой обоих по ветру пустит, нос у меня… чую. Уже в штаны наклал? Моё дело – хлороформ, чтоб визга не вышло, твоё – вынести девку отсюда, в машину сунуть и из машины скинуть под каток. Полигон под небо, вот-вот прикроют… каток и прочее оттуда оттаранят. Пока там заправляет наш Кощей, успеть надо. Жить-то или Варьке с интеллигентиком, или нам с тобой! Хто глава фирмы? Варька. Её и убрать прежде. Вякнешь слово, тебя раскатаю, ты меня знаешь… сколько уже… Ничего Кощею не пожалею за такое зрелище! Чего глазёнками бегаешь? Выбора у тебя, вша грязная, нету!
Бежать, пока не вышли. К Коляшу. В милицию. Предупредить Варвару. А ноги прилипли к полу – не шевельнуться.
В тот день…
До того дня была ещё целая жизнь!
До глубокой ночи сидели за столом отец и Гоги, по очереди говорили по телефону с Петром.
Она не стала слушать – ушла спать. Её ломало и корёжило, как при высокой температуре. Что-то готовится… накрывает их чёрным пологом, а полог набухает градом.
Они с Алесем гуляли у озера. С трёх сторон защитой деревья. И широкая дорога – с их стороны. Солнце медленно спадает за спину леса. В озере – небо, солнце, лес, высветленные верхушки, и в глуби озера – облака. Еле колышется вода, кое-где собирается в лёгкую рябь. Опрокинутый мир.
Но вот солнце сползло за деревья.
Только что в чистом небе и озере – солнце, и сразу тучи, корёжатся под ветром волны и изламываются ветви, деревья в воде.
«Бежим скорее!» – Алесь тянет её за руку от озера, а у неё ноги подламываются. Видит же она, знает – сейчас начнётся гроза, их зальёт дождём, а то и градом забьёт, а двинуться не может.
И сейчас чувствует: их вместе с Алесем накрыло чёрным пологом. Но если у неё есть защита – вон они, сильные, умные, сидят за столом, с адвокатом вырабатывают план их с Аней спасения, то Алесь – один.
