Промеж экипажей, всю зиму и начало весны, по деревням разъезжали непривычно-улыбчивые молодчики с царскими бумагами. Знай мужики, что часть из них — «перевоспитавшиеся» народники, сильно удивились бы, но кто им о том скажет? Вели себя посланцы Личной Его Императорского Высочества Канцелярии тоже непривычно — не гнушались часами сидеть с мужиками за столом, в тусклом свете лучины и под завывания метели за покрытым узорами окошком рассказывая старые, знакомые всем не первый год, но неизменно эффективные для скрашивания долгих зимних вечеров истории о хорошем царе и плохих боярах. Что ж, раз государев человек так уважительно и многословно просит, можно и поругать местные власти. Осторожно. На анонимной основе.
Ух а как весело было в августе — тогда гуляла вся страна, на свои по большей части, но повод-то нешуточный: государыня будущая, даром что немка, баба говорят толковая, и помимо замыливших глаза и потому неинтересных новостей о своих благотворительных похождениях не забыла о своей прямой, Господом дарованной обязанности: родить Наследника. Мальчика назвали Николаем — в честь погибшего (тьфу-тьфу!) цесаревича. Имечко такое, с суеверной аурой, а значит каждый подданный российской короны попросту не может не выпить хотя бы чарку за здоровье Августейшего первенца.
Особенно ликовала Николаевская губерния — самое оживленное и стремительно набухающее людьми и экономикой место в России после Владивостока, где «набухает» еще сильнее, прямо пропорционально вложенным цесаревичем в свое время инвестициям и усилиям. Ох и пестрое это нынче место! Принцип «делай как главный» Омельяновичем-Павленко и Гродековым был применен на неплохом уровне: иностранных специалистов на восточном фронтире Империи резко прибавилось, и они внесли свою лепту в и без того буйное этническое разнообразие тех краев.
Погромов со времен Кишинева по всей стране не случалось, а в Манчжурии их толком и так не было — все были очень заняты. Не то чтобы полная дружба народов — бытовые конфликты на почве расизма никуда не денешь, они были, есть и будут, но все нормально живут, работают, посещают Православные (традиционные и старообрядческие, тут как хошь) храмы и благословляют детей на походы в школу — по количеству учеников первого и второго года обучения Николаевская губерния «успевает» за зависть многим.
И это — при отсутствии площадей, с перерывами (да что там «перерывами», в перерывах как раз учатся) на обширные работы по только-только зарождающемуся личному и общественному хозяйству, часто — на голом энтузиазме! Именно этот народ, на секундочку, с песнями и с радостью причастности к большому общему делу миллионами колесил по великим стройкам коммунизма, так что ничего в общем-то удивительного. В эти времена из-за капитализма с «причастностью» несколько хуже, но это неплохо компенсируется «подъемными», зарплатами и перспективами.
Конкуренция — вот истинный двигатель человеческого прогресса! Когда-то в этом мире основой успеха были личная сила и ловкость, но и тогда находились очень хитрые безволосые обезьяны, которые надевали на голову условную волчью голову и бились в призванных имитировать транс конвульсиях, после этого вещая соплеменникам удивительное. Опасная надо признать работа была — если шаман неделю подряд неудачно камлает на успешную охоту, такого шамана можно и самого в жертву духам принести, авось поможет. Как бы там ни было, со временем эволюционные процессы хомо сапиенс несколько эволюционировали, добавив к силе и ловкости широкий набор других качеств. Конкуренция от этого только усилилась — людей ведь стало несоизмеримо больше, и, как бы грустно это не звучало, они стали самым дешевым ресурсом.
Но долой грустные мысли о судьбах человечества — нас интересуют восточные рубежи исполинской Империи, где развернулась настоящая, сугубо созидательная, неплохо освещаемая и названная газетчиками «Битва двух губернаторов». Что Гродеков, что Омельянович-Панченко твердо вознамерились побороться за звание неофициальной столицы тех мест. Не лично, разумеется, а как проводники доминирующего в головах тамошней аристократии и состоятельных господ мнения. Капиталы — не без зубовного скрежета! — замелькали с умопомрачительной скоростью, Америка выла от восторга, отгружая миллионы тонн строительных материалов и отчаянно боролась с конкурентами за каждый контракт: по большей части смесью демпинга и взяток. Несколько образцово-показательных расправ увеличили долю первого и понизили второго. Не все идеально, но уважаемые господа за судьбу своих вложений в общее дело — набережную там перестелить, новую водонапорную вышку возвести — справедливо переживают и друг за дружкою приглядывают.
