— Далее, — достал папочку. — Родина тех, кто ей пользу великую принес, ценит, посему жалует тебе дом в Москве, премию и потомственное дворянство в обход чина.
— Премного благодарен, Ваше Императорское Высочество!
— Теперь вставай, — улыбнулся я.
— Так точно! — подскочил он.
Прихватив коробочку, я подошел к капитану, прикрутил ему на грудь золотую звезду с надписью «За труды и Отечество» и пожал руку, торжественно прокомментировав:
— За особые заслуги перед Отечеством, от имени Его Императорского Величества, награждаю тебя орденом Святого Александра Невского.
— Служу Отечеству! — проникся капитан.
— Хорошо служишь, — поощрил я и пошел к своему креслу. — К сожалению, организовать подобающие торжества в твою честь мы не можем.
Зато я внес за капитана взнос в Капитул — четыреста рублей единовременно при получении «на дела богоугодные».
— Понимаю, Ваше Императорское Высочество! Не нужно — не ради торжеств полтора года пыль протирал.
— Орел! — одобрил я. — Новое назначение тебе, в Москву поедешь, поступаешь в личное распоряжение товарища Зубатова.
— Дозволено ли будет спросить, Ваше…
— Дозволено, — прервал я.
— Мне бы за границу, реальными делами заниматься, — тоскливо посмотрел он на меня.
Вошел во вкус.
— Через полгода, — пообещал я. — А пока — в инструктора, бесценным опытом делиться.
— Так точно, Ваше Императорское Высочество!
— Ступай теперь, — улыбнулся я. — Свидимся еще.
— До свидания, Ваше Императорское Высочество! — отвесил он поклон и покинул кабинет.
Щедра родная земля на самородков — вон какой оперативник считай на одних природных дарованиях вырос. Пусть теперь вместе с другими хорошо показавшими себя разведчиками молодежи опыт передает, на радость всей Империи. Сложное дело — спецслужбу с нуля создавать, но методички и опыт у сотрудников копятся, агентурные цепочки усложняются, «палева» для резидентуры становится меньше, а «нелегалов» — больше, особенно в Америке, где иммигрантов традиционно привечают. Кроме того — она нам следующий большой враг (потенциально), а значит нужно готовиться. Задача проста, но ее решение займет много лет — необходимо вырастить «коренную» агентуру во всех сферах жизни — от политиков до благотворительных фондов.
«Сын, мой дед прибыл в эту страну со ста рублями в кармане и заданием стать шпионом. Теперь, когда у меня появились свои внуки, а ты стал президентом Америки, пришло время открыть тебе главную семейную тайну — на самом деле мы из „Избы“. Иди в свой Овальный кабинет, тебе из Кремля позвонят с инструкциями». Шутка — так даже в сказках не бывает, но нам достаточно запихнуть глаза и уши куда необходимо, усилить позиции наших лоббистов — такие уже имеются, Америка в этом плане удобная и вырастить некоторое число важных симпатизантов у нас получится, в последнем сильно и дополнительно поможет «мягкая сила», как только технологии дорастим.
Не все, впрочем, гладко — не обходится и без провалов: как из-за обыкновенной, невозможной к страхованию от самой себя, человеческой глупости и ошибкам, так и противодействию врагов — не кретины же, их государственные машины много веков отлаживались и модернизировались, и даже без создания особых антишпионских отделов способны на многое.
В дверь постучали, и в кабинет вошел Зубатов. Своего «лично-распоряженного капитана» он не видел: ко мне четырьмя разными путями попасть можно, и я этой возможностью пользуюсь, не давая гостям пересекаться в коридорах дворца. Не надо им лишнего знать, и неважно, что потом все равно встретятся и может быть обсудят — важен системный подход. Именно он не хуже конкуренции двигает мировой прогресс, и я, в отличие от некоторых любителей нововведений ради нововведений или отрицателей опыта предков прекрасно понимаю его важность. Самородки — это великолепно. Энтузиазм и рвение — тоже прекрасно. Но ни то, ни другое всего своего потенциала без Его Величества Аппарата, который все созидательное направит в нужную сторону, а помехи загонит подальше, не раскроет.
Вот Табель наш о рангах — если заменить в нем чины на привычное «секретарь», «директор» или там «председатель», получится совершеннейшая копия любой человеческой организации, актуальная со времен самого изобретения бюрократии. Государственная машина не создавалась с нуля в момент коллективного прозрения и осознания ее необходимости. Иерархия в человеческих отношениях имеется со старта, и со временем, когда человечество начало выбираться из пещер и осваивать оседлый образ жизни, понадобилось надстроить к привычной вертикали «вождь-шаман-племя» исполинское количество подпорок, ответвлений и костылей. Неоднократно это все модернизировалось и подгонялось под актуальные задачи, но суть миллионы лет не менялась. Не менялась по единственной причине — вот так работает человечество, и в обозримой исторической перспективе ничего иного у нас заиметь не получится.
