Телефон на столе ожил. Я досчитал до десяти, собираясь с мыслями, и снял трубку:
— Доброго дня, дорогой кузен! Какая нынче погода в славном Берлине? Был ли добрым собранный нынче урожай? Я слышал, что капустка народилась отменная.
— И тебе не хворать, — фыркнул Вильгельм. — Урожай неплох, погода стоит славная.
— И слава Богу! — жизнерадостно заметил я.
— Слава Богу, — подтвердил Вилли. — А как твои урожаи? Особенно те, что на Востоке.
— Из Николаевской губернии поступают отличные новости, — притворился я дурачком. — Говорят, рекордный урожай собрали. Японцы хорошо покупают, у них там сельское хозяйство на материке еще поднимать и поднимать.
— Слава Богу, — саркастично одобрил Вильгельм. — А к Югу от Николаевской губернии как дела обстоят?
— Отлично, — не стал я скрывать. — Брату Миши немножко помог — с амбициями он у нас, как-то недобро на меня косился последнее время, пусть лучше в соседях будет, на равных, а не собирает вокруг себя обиженных и обделенных.
Вру и не краснею — в гробу Миша все троны мира видал, просто понимает перспективы плана, вот и подписался на китайскую «шапку Мономаха», которая на самом деле даже тяжелее моей — проблем в Поднебесной столько, что нам и не снилось.
— Мы так не договаривались, Жоржи, — ласково укорил меня кайзер.
— Мы договаривались, что Китай я завоевывать и присоединять к России не стану, — невинно заметил я. — Про появление на его троне моего младшего брата речи не было.
— Потому что такого бреда даже курильщик опиума во сне представить не сможет! — потерял самообладание Вильгельм.
— Базовые договоренности в силе, Вилли, — скучным тоном ответил я. — Все в рамках нашей с тобой любимой многовекторности. Ты тоже не стал советоваться со мной, когда позарился на нищий и разоренный остров.
— Будем обмениваться обидами, как неразумные юнцы? — презрительно фыркнул кайзер.
— Будем жить и работать во благо всего человечества, — поправил я. — Прости, дорогой кузен, я должен идти — очень много дел.
На том конце провода молча бросили трубку. Ай как невежливо! Насчет меня матушка, конечно, не права — не портился мой характер, а вот уважаемый уссатый союзник с годами превратился в реально желчного и вредного старпера.
Скорее бы уже Большую войну выиграть.
Что такое война против Великой Державы? Полноценная война, когда крупный геополитический игрок считает, что воевать реально есть за что. А война против двух Великих Держав? А против трех? Совершеннейшее безрассудство — когда-то сиамцы как следует заставили умыться кровью французские колониальные войска, но тогда ставки были совсем другими, по принципу «тронули — не ломается, а больно бьет в ответ». Терпеть такую боль, конечно, можно, но разумные люди умеют сводить дебет с кредитом. Тогда получался здоровенный такой минус, но теперь, когда Франция заручилась поддержкой Германии и Австро-Венгрии, а целью обозначили не колонизацию Сиама, а отжатие у него некоторых территорий и «постановку обнаглевшего Рамы на место», баланс изрядно выправился в приятную белым людям сторону.
Учитывая опыт предыдущей кампании, «Великие» решили воздерживаться от сухопутных операций столько, сколько получится, вместо этого принявшись сравнивать с землей все, до чего дотягивались корабельные пушки и немного сбрасывать бомбы с дирижаблей и деревянно-перкалевых бомбардировщиков. Просто протестировать то, что очень сомнительно показало себя в ходе Балканской войны. Результат был признан спорным — да, бомбы кидать интересно, но точностью там и не пахло, а значит нужна массовость. Самолеты и дирижабли — это долго, дорого, а если рассчитывать хоть на какой-то результат, их нужно очень много. Сейчас, когда корабельная гонка вооружений в самом разгаре, а участники будущей Большой войны старательно копят запасы, было решено не размениваться на непонятную новинку, но подкармливать занимающихся ею специалистов. Инерция мышления — древний бич человечества. Как это Земля вокруг Солнца вертится, а не наоборот? На костер!
Встряли соседи по континенту в Сиаме надолго — Рама и контролирующая его военная хунта быстро сдаваться не станут, а будут привычно копать подземные ходы и ждать высадки десанта, чтобы после, когда Великие державы понесут весомые потери, попробовать договориться на относительно приемлемых условиях. Продаем все, что можем всем сторонам конфликта, в полном империалистическом цинизме зарабатывая на чужом горе. Ну а кто им виноват?
Пользуясь случаем, я принялся нервировать занятых европейцев, оказывая на Турцию дипломатическое давление. Почему бы не попробовать чего-нибудь себе выторговать старым-добрым блефом? «Почему бы не пересмотреть цены на проход русских кораблей через проливы, уважаемые партнеры?». «Что-то как-то многовато мы с вами, уважаемые партнеры, крепостей друг напротив дружки строим. Надо бы это дело ограничить — чего жилы рвать?». У нас-то все считай готово, а туркам до «дедлайна» еще года три потребуется по минимальным расчетам.
