Они продолжили путь. Как и говорил проводник, вскоре они оказались на «Римской». Эта станция, как и многие другие не была точной копией других станций. Она представляла собой нечто среднее между пилонной и колонной конструкцией. Пространство между залом и платформами разделяли ряды мощных и невысоких колонн, но все это чем-то напоминало пилонные станции.
На стене рядом с противоположным рядом колонн Веник заметил надпись, сделанную большими буквами: РИМСК… Последние буквы отсутствовали.
Сомнений не было, они достигли конца пути, который начали еще в Тамбуре. Только этот путь закончился совсем не так, как задумывался. Если, делая первые шаги по тоннелям, Веник думал, что придя на «Римскую», они сразу же окажутся в спокойном и безопасном мирке, то на деле все оказалось совсем не так. Станция тревожила и вызывала опасения.
Поднявшись на платформу, парни остановились.
— Ну, вот вам и «Римская», — сказал проводник. — Вот тут, рядом, эскалаторы, они ведут на «Площадь Ильича» — до нее рукой подать.
Он показал на три эскалатора в торце станции, со стороны, откуда они пришли.
— Там есть кто? — спросил мастеровой.
— Конечно! Полно народу там живет. Это уже Альянс!
— Понятно, — пробормотал Фил.
Проводник же продолжил рассказывать про «Римскую»:
— Там, — Шуруп кивнул в противоположный конец зала — ход в переход, который раньше вел на поверхность. Сейчас он завален. Возможно, там и находится вход в это Убежище.
— А это и есть местные обитатели? — спросил Фил, кивнув в противоположный конец зала, где прямо на полу зала горел небольшой костер, вокруг которого копошились несколько бродяг. Запах костра они учуяли еще в тоннеле, на подходе к станции.
— Они самые.
— Они опасны? — спросил Веник.
— Да какой там… У них разве что ножи могут быть, — сказал Шуруп.
Он повернулся и решительным шагом направился к костру. Трое друзей двинулись за ним следом.
По мере приближения к костру, Веник заметил что бродяг пятеро.
При их приближении обитатели станции замолчали, и стали настороженно следить за чужаками.
— Здорово, мужики, — сказал Шуруп.
Бродяги нестройно поздоровались.
— Как дела тут?
— Да нормально, — несмело ответил один дедок в рванье, опасливо косясь на оружие пришельцев.
— Мы тут погуляем у вас немного, хорошо? — спросил Шуруп.
Оборванный дедок и другие вопросительно посмотрели на своего товарища, что сидел скрестив руки. У этого бомжа одежда была получше чем у других и видимо он главный у них, смекнул Веник.
Это был человек неопределенного возраста с черными узкими глазами.
— Нечего тут у нас шастать, — сквозь зубы зло сказал тот, не поворачивая к ним головы. — Если хотите гулять, в тоннель идите.
Веник усмехнулся такой наглости. Какой-то грязный бомж, а гонора…
— Да ладно, мы же ничего не трогаем, а просто побудем тут, — почему-то мягко продолжал говорить Шуруп.
Веник удивился, чего это проводник так сюсюкается с этим болваном.
— Нечего тут смотреть, — по-прежнему зло сказал узкоглазый. Он сидел вполоборота к ним, даже не глядя на пришельцев. Остальные бомжи почтительно молчали.
— А если хотите тут остаться, — продолжил наглый бомж, — то платите. Гоните один калаш и пятьдесят патронов к нему. И тогда можете на день остаться. А если не хотите платить, то валите, пока целы.
Веник только головой покачал. Явно этот идиот не в себе.
Товарищи отошли на несколько метров. Бомжи о чем-то оживленно зашептались.
— Надо бы им что-то дать, — сказал Шуруп. — Чтобы отвязались.
— Да ты чего? — натурально удивился Борода. — Чего ты тут с ним тереть собираешься?
— Я сейчас, — спокойно сказал Фил.
Он повесил за плечо автомат и снова пошел к бродягам. Веник заметил, что по пути тот достает из кармана пистолет. В несколько шагов мастеровой оказался у костра и встал за спиной у главаря.
— Значит пятьдесят патронов? — спросил он.
— Было пятьдесят. А сейчас семьдесят заплатите, — сказал бомж.
— Понятно, — сказал Фил, направил пистолет в шею придурка и нажал на спусковой крючок.
Сухо треснул выстрел. Злой бомж дернулся и, как сломанная кукла, переломился упав на бок. Остальные бомжи вскочили на ноги и рванулись было в разные стороны.
— Стоять! — крикнул Фил.
Те послушно замерли на месте.
— Сидеть!
Несчастные бродяги опустились на пол, как подкошенные.
Фил развернулся и, не спеша, вернулся к товарищам.
Если Веник в целом одобрил поступок мастерового, то Шуруп отнесся к этому более негативно.
— Зря вы так резко начали, — сказал он. — Бомжи, это дело тонкое. Не знаешь, где они пригодиться могут.
— Да ладно, — сказал Борода. — Все равно от этого дурака толку не было бы, а остальные может и призадумаются.
— Ну, это ладно, — сказал Шуруп.
Проводник обернулся к костру и сказал:
— Эй, дядя, иди сюда.
Несколько бродяг одновременно показали на себя пальцами и спросили:
— Я?
— Вот ты, — проводник показал на одного из них.
Давешний оборванный дедок, подобострастно поклонившись, подбежал к ним мелкими шажками.
— Слушай дядя, — сказал Шуруп. — Есть тут какое-нибудь подсобное помещение на станции? Слышали мы, тут есть какие-то помещения странные.
