Полезных вещей при Кариддо не оказалось. Кошеля верховный настоятель при себе не носил (да и зачем бы он ему понадобился?), а все его побрякушки были явно не волшебного характера. Впрочем, Сиркин не побрезговал взять перстень-печатку и нательный медальон, так как они были выплавлены из полновесного золота, которое вполне может ему пригодиться в дальнейшем. Свои находки он недолго думая сунул в карман. Потом быстрым, беспокойным шагом двинулся к лестнице, и успел даже преодолеть несколько пролетов, когда стены и пол содрогнулись. Удар был настолько мощным, что Максу показалось будто он попал в эпицентр землетрясения. Не устояв на ногах, он покатился вниз, остановившись лишь на следующей площадке. Было больно, но он встал и чуть ли не бегом продолжил спуск вниз.
Аксир не знал, что в колокольню ударила та самая молния, после которой облако мглы развеялось, соединяя воедино два неба столь разных Измерений, но он явственно ощущал как дрожат и трескаются стены. То и дело под ноги падали отколовшиеся куски камня, и парень благодарил бога, что не ему на голову. Он бежал, перепрыгивая сразу по четыре ступеньки, и хватался за поручень всякий раз, когда пол начинал дрожать. Несколько раз Макс громко орал. Так он загонял свой страх поглубже, но другого практического применения попытки перекричать грохот не имели.
Когда он вылетел в широкий коридор верхних ярусов собора, ему навстречу попалось несколько перепуганных послушников. Он испугался, что они нападут на него, но, по всей видимости, те приняли его за своего, да и страх за собственную жизнь стоял у будущих священнослужителей на первом месте. Никто из них помощи Сиркину не предложил, в этом хаосе каждый был сам за себя. Решив, что лучше следовать за теми, кто лучше ориентируется в хитросплетениях местных коридоров, Макс увязался за несколькими рясами. Послушники быстрее выведут его наружу, чем если бы он сам искал выход. Так он решил.
Аксир, конечно же, не догадывался, что снаружи сейчас много опаснее, чем внутри собора. В десятки, а может и сотни раз...
***
Когда полотно мироздания разделилось на две части и в Арсдан хлынули орды нежити, рыцарь-коммандер Даркст понял, что та давка и паника, что наблюдалась накануне -- детский лепет против безумия, что началось совсем скоро. Храмовник своими глазами наблюдал как на площадь выскакивают твари, о которых лично он читал лишь в книгах и исторических манускриптах. Возле Разлома с Царством Аида, где находилась легендарная крепость Дахара, ему служить не доводилось. Кто ж знал, что Тьма явиться к нему сама...
-- В атаку!! -- проревел рыцарь, вытянув свой тяжелый меч из ножен. Вонзив шпоры в бока коня, он направил его прямиком на умертвий, которые к тому времени уже вовсю наслаждались невиданным пиршеством. Зомби жрали людей, впиваясь гнилыми зубами в еще живую плоть, вурдалаки завывали диким воем, вампиры рвали на части незащищенные горла, а безмозглые упыри лакали кровь прямо с мощеной мостовой, так много ее было. Граждане славного города Арсдан, крупнейшего на северо-западе поселения ничего не могли поделать, и умирали, умирали, умирали...
Многие бежали прямиком навстречу открывшемуся на короткое время Разлому, попадая в чужое Измерение, где их ждала участь похуже смерти. Те, кто поумнее пытались пробиться вглубь города, но шансы на выживания сводились к нулю. Понимая это, Даркс не особо заботился о том, кто попадает под копыта его коня. Он прорывался вперед тараном, давя мирян и держа меч над головой. Следом за ним шли его рыцари.
В отличие от городской стражи и инквизиторов, оружие храмовников всегда проходило обряд освящения, благодаря чему было особо эффективным против разных тварей, порожденных нечистой силой. Даркст, которому до этого не приходилось убивать никого кроме разбойников и еретиков, убедился в этом воочию, когда лезвие его меча срубило голову одного из зомби. Будь у коммандера в руках самая обычная сталь, то живой мертвец продолжил бы свое черное дело и без головы. Этим и страшны умертвия, уничтожить их крайне трудно, но благодаря заколдованному оружию процесс облегчался в несколько десятков раз. Тучный зомби, лишившись головы, еще несколько секунд постоял, вытягивая руки к потенциальной добыче, а потом из его раны хлынул ослепляющий свет, сжегший те связи со Тьмой, которые поддерживали в трупе "жизнь".
Бронированной стеной храмовники наступали, рубя все, что попадало им под мечи: и нежить, и людей, впавших в неистовое безумство от встречи с невиданным. Разбираться времени не было, а к кому Эркалот милостив, тот всяко избежит смерти. Другое дело, что рыцарей-храмовников было недостаточно, чтобы сдержать врага и нежить распространялась по городу неумолимо, словно морской прибой. Умертвия настигали всех, до кого могли добраться, и если безмозглых зомби и упырей еще можно было обмануть, спрятавшись в домах и заперев двери, то разумные вампиры и оборотни находили возможность проникнуть и туда.
Арсдан медленно, но неумолимо тонул в крови и хаосе.
***
