Глаз идола [сборник] полностью

А потом в напряженном молчании мы чего-то ждали, со страхом поглядывая на капитана. Вставало солнце, но в пещере по-прежнему царил полумрак. Капитан то и дело доставал карманные часы — наверное, чтобы поглядеть, как уходит время, но наконец подмигнул мне и сказал: «Терпение, мистер Дуглас, сейчас вы кое-что увидите», хотя было похоже, что он скорее говорит сам с собой. Как только эти слова слетели с губ капитана, солнечный свет озарил пещеру — он проник через похожую на полуоткрытый рот трещину в восточной части свода, которой там вроде до этого не было. Солнечный луч заиграл на воде, и сквозь прозрачную, как воздух, воду стало видно морское дно. Прямо под шлюпкой глубоко внизу я заметил длинную темную акулу, вскоре рядом стали кружить вторая и третья. Ловцы губок, уже находившиеся в воде, тоже увидели хищников и поспешно подплыли к борту. «Да ну, ерунда!» — бросил им капитан, однако убедить ныряльщиков погрузиться ему удалось только при помощи пистолетов. Я так понял, что терять время было нельзя: как только солнце поднимется чуть выше, пещеру вновь окутает тьма и скроет то, что лежало на дне, до начала следующего дня.

Это казалось гигантской жемчужиной, какую можно увезти лишь на тачке. Оно покоилось в центре кольца из белых валунов, выглядевших специально так расставленными, хотя вряд ли подобное возможно. Камни надежно защищали свое сокровище от приливного течения, способного смыть его в океан, морские перья склонялись над ним и расправлялись обратно, являя его во всей красе. Конечно, это подводное диво не могло быть жемчужиной, не такого же размера! «Серая амбра, мистер Дуглас», — сказал капитан, кивая мне, пока мы наблюдали за тем, как индейцы спускаются на глубину, перехватывая руками якорный канат. Почти у самого дна они отцепились и, подплыв к добыче, вдвоем ухватили огромный ком. Потом мне рассказали, что серая амбра очень легкая, обычно она плавает на поверхности, а на дно уходит спустя много лет, когда становится плотной. Ловцы губок устремились к поверхности, преследуемые одной из темных акул, длиной в три человеческих роста — она могла ободрать своей грубой шкурой любого из них, просто проплывая мимо, — и выпустили свою ношу. Серый шар пошел ко дну. Индейцы, находившиеся под водой три минуты, всплыли с пустыми руками. Капитан выругал их за потерю и взглянул на трещину — свет теперь стал желтым, будто солнце било прямо в нерукотворное окно.