На весенний фестиваль стекольщиков съезжались гости из всей Севарры и других стран, а потому местные мастера очень старались поразить гостей чем-нибудь особенным. Тонкие статуэтки, необычные украшения и предметы интерьера выставлялись прямо на улице на радость покупателям и любителям праздника.
По широкой улице мимо разноцветных лавок, среди прочих прохожих, неспешно прогуливалась молодая пара — невысокая изящная девушка с большими светло-серыми глазами и чертами лица, выдающими в ней северянку и красивый статный севарриец, придерживающий свою спутницу под руку. Мало кто узнал бы сейчас в этой утончённой особе чудом спасшуюся когда-то сироту и впоследствии воспитанницу последней Видящей Ордена, Иву.
Молодые люди заметно выделялись на общем фоне. Они не походили ни на кого из этой разноцветной восторженной и шумной толпы. Если ещё мужчина внимательно присматривал за девушкой, то та мыслями и духом словно была далеко от фестиваля. И любой из случайных прохожих, кому доводилось встретиться с ней глазами, старательно отводил взгляд. В светло-серых глазах плескались озёра неподдельной печали и давней боли.
— Пять лет прошло, а чудится, будто всё случилось вчера, — проговорила Ива, не глядя на Канера.
— Ты ещё скажи, что ничего не изменилось, — немного ворчливо заметил он, ещё слишком хорошо помнящий о том, как она плакала навзрыд в гостинице, когда они приехали в Хольтерн первый раз.
— Нет, это не так, — на щеках девушки расцвёл бледный румянец, когда пальцы мужчины переплелись с её.
За последние года изменилось многое…
С Ирнором удалось заключить определённые договорённости, гарантирующие отношения, которые если нельзя было назвать тёплыми, то уж во всяком случае, мирными. Правда, многие жрецы продолжали распускать слухи о том, что Ирнор — гнездо, где обитают демоновы отродья, чем укрепляли стереотипы в умах обывателей.
Рядом с Храмом богини Луны строилась первая официальная школа для детей с уникальными талантами (так дипломатично стали именоваться магически одарённые). Маги и ведьмы обычно неохотно покидали свои убежища, но после того, как стало известно об ожидающих их в столице перспективах, самые смелые уже начали стекаться со всей страны в столицу. Попытавшиеся устроить бунт жрецы безбожно опоздали, и теперь им только и оставалось, что помалкивать и довольствоваться тем, что есть (пока не отобрали и это). Вполне предсказуема была новость о том, что директором школы будет не кто иная, как Магдаль.
Капитан Эан Актир принял севаррийское гражданство и благодаря особым заслугам перед государством стал адмиралом. Поговаривали, что ему удалось завербовать многих ирнорцев, пошедших после переворота в стране, путём пиратства.
На исходе минувшей осени Канер сделал Иве предложение, а свадьбу сыграли уже вначале весны. В тот день девушка страшно переволновалась, и ей постоянно казалось, что вот-вот, откроются двери храма, где проходила церемония, и войдёт Шальтиса под руку с Клёном. Этого, конечно же, не произошло, но она всё равно ощущала себя так, как будто кто-то наблюдает за ней и Канером.
Ива долго не могла смириться с утратой и пыталась найти способ вернуть Тису и Клёна обратно, но её отговорила Магдаль. Ведьма заверила, что те вряд ли обрадуются, если их вырвут из родного мира и естественной среды обитания, чтобы запихнуть в чужие тела.
Молодая магесса верила наставнице, но вместе с ним подозревала, что та о многом не договаривает — уж слишком хитрым было выражение её лица. Да и частенько она рассуждала так, как будто знает о мире, в который отправилась Тиса, не понаслышке, а регулярно наведывается туда в гости. Глупо было ставить это в упрёк. Оставалось только обучаться мастерству владения магией, в надежде на то, что однажды она сама найдёт ответы на свои вопросы.
Посещение Хольтерна весной для Ивы и Канера стало ежегодной традицией. Отправляясь туда, куда когда-то хотела попасть Шальтиса, они отдавали своеобразную дань её памяти и разговаривали обо всём том, чем не могли поделиться больше ни с кем другим.
***
Возникнув из крошечной точки света, сфера расширялась, стремительно разрастаясь до внушительных размеров. Внутри угрожающе гудело и казалось, что вот-вот энергетическая конструкция лопнет, словно мыльный пузырь. Только собравшиеся в тесной лаборатории маги, пусть и были совсем ещё юными подростками, но прекрасно понимали, что в отличие от безобидного мыла, сфера могла причинить немало бедствий.
— Удерживаем щит и готовим поглотители! — скомандовала самая старшая из них, высокая худенькая магесса со светло-русыми волосами и яркими бирюзовыми глазами. Она внимательно следила за тем, чтобы создаваемый барьер был надёжным, и направляла силу.
— Майя, — осторожно окликнула её девушка помладше. — Я позвала Иву. Она как раз прибыла с господином Ринаэром из Хольтерна.
Магесса фыркнула. Она давно устала напоминать Хенне о том, что для них Канер никакой не господин. Когда ушли Тиса и Клён, он стал для них почти что братом, стремясь продолжить начинания Видящей и во всём помогать своей невесте, а теперь уже жене.
