Именно после этого он был переведен из Ирака в Египет, где перестал вздрагивать при каждом громком звуке и шарахаться от каждой подозрительной тени. Но до полного спокойствия было далеко. Значительно дальше, чем хотелось бы Беликову. Это расстояние не измерялось километрами и не зависело от часовых поясов или государственных границ. Оно было вне пространства, вне времени. Для разведчика огромная удача, если ему позволят уйти на покой и умереть своей смертью, не строча под диктовку лживые мемуары. Умереть не в тюрьме или психиатрической клинике, не от загадочной болезни и не от несчастного случая.

Почему-то разведчики чаще прочих граждан тонут, попадают в автокатастрофы, падают с балкона или погибают при утечке бытового газа. А в некоторых странах, таких, как Египет, их еще и расстреливают. И вешают. И подвергают нечеловеческим пыткам.

Выживет ли Саша?

Не то чтобы Беликов испытывал к коллеге теплые чувства, но судьба Саши не давала ему покоя. Потому что после Горовца обязательно придет черед следующего. Кто это будет? Беликов? Его любовница из консульского отдела? Прикомандированный к посольству Галатей?

Вот на ком нужно сосредоточиться вместо того, чтобы предаваться бесполезным и безрадостным мыслям. Галатей Максим Григорьевич. Беликову поручено составить оперативку на этого человека, а подобные поручения следует выполнять должным образом и в срок, чтобы самому не угодить в разработку.

Итак…

Беликов покусал ручку, уставившись на позолоченные солнцем жалюзи, уселся поудобнее и начал писать:

Настоящее имя Г мне неизвестно. Впервые мы познакомились в сентябре 2006 г. в Багдаде, где некоторое время общались по долгу службы. Впечатление он произвел на меня приятное, хотя в дальнейшем я убедился, что оно обманчиво.

Характер и поведение Г изменчивы. Он может быть безупречно галантным или подчеркнуто грубым, причем вне зависимости от того, с кем имеет дело. Так, подвергнув психологической обработке известную Вам Н, он проявил высочайшей степени цинизм и жестокость. На мой последующий вопрос, готов ли он был искалечить Н в случае отказа сотрудничать, Г ответил приблизительно следующее: «Я обязан быть беспощадным. Прояви я к ней малейшее сострадание, и пиши пропало».

Беликов перечел написанное. Зачем ему понадобилось искажать слова Галатея? Он и сам не знал ответа на этот вопрос. Вероятно, сработало подсознательное ощущение опасности, исходящей от этого человека. Такие, как Галатей, способны убивать и калечить. Именно поэтому им повышают оклады, но не звания. Они нужны руководству не в тиши кабинетов, а там, где тонкий интеллект сочетается с грубой физической силой. Бывают «белые» агенты, бывают «черные», а есть редкая разновидность так называемых «серых» спецов, с равным успехом выполняющих как чистую, так и грязную работу. Беликову не хотелось иметь дело с интеллектуалом, способным на насилие.

Не являясь специалистом, – написал он, – рискну предположить, что неровность характера Г вызвана психическими отклонениями. В первую очередь это презрительное и даже брезгливое отношение к женщинам, тщательно скрываемое, но проскальзывающее в некоторых поступках и репликах. В доверительной беседе, состоявшейся после празднования Нового года, переводчица иракского посольства призналась, что Г, прежде чем вступить в половой контакт, предложил ей принять душ, сделав это в обидной безапелляционной форме. Переводчицу задело также то обстоятельство, что на протяжении всей ночи Г ни разу не позволил поцеловать себя в губы и вел себя подчеркнуто грубо.

Перейти на страницу:

Все книги серии Шпиономания

Похожие книги