– Более или менее, – сухо ответил Иван Сергеевич – Сергей догадался, что отец не желает показать даже тете Клаве, кто звонит. – Они были, но не долго. Как ты?
В этом коротком вопросе прозвучало столько печали и родительской тревоги, что Сергей, пожалуй, впервые почувствовал, как велика сила любви отца к нему. И дал себе слово, что те, кто заставил их безвинно страдать, должны дорого заплатить за это.
Но тут же горько усмехнулся – что может он, слабый и одинокий, ншций и больной, против монстров, располагающих людьми, техникой, деньгами? И все же!
– Нормально, вы не переживайте, все нормально. Жив, здоров. Позже еще позвоню.
– Когда?
– Точно не могу обещать, но позвоню.
– Береги себя!
– Я целую вас, папа! – и Сергей отключился от связи, почувствовав, как предательски защипало в глазах. Неужели нужно пройти через реанимации, смертельно опасные передряги и оказаться по уши в дерьме, чтобы понять, насколько дороги ему старики?
Да разве только старики? Честно признаться, вчера он смотрел на Лариску совсем другими глазами, не так, как похотливый самец на соблазнительную самку. Он видел в ней человека, с которым рука об руку бежал от смерти и сумел убежать!
Прогулявшись еще немного, он дошел до машины. Обойдя вокруг «жигуленка», Серов задумчиво хмыкнул: стоит ли связываться с этой тачкой? По большому счету, никто не может гарантировать, что в ней не таится никаких пренеприятнейших сюрпризов, типа пластиковой мины с дистанционным управлением или обычного радиомаячка, настроенного на определенные частоты. Тогда электронный шпион непременно выдаст его местонахождение и те, от кого он убегал, немедленно примчатся сюда, чтобы все начать сначала.
Ну уж нет, такого удовольствия он им ни за что не доставит, напрасно хобот раскатали!
Он вернулся в тихий школьный дворик, откуда позвонил Володьке Туру. Как Сергей и ожидал, подошла Татьяна.
– Спасибо, – сказал он ей и на всякий случай солгал: – Я уже далеко от вас!
– Мы рады.
– Он дома?
– На работе.
– Надеюсь, ваш телефон чист?
– Не знаю, – Татьяна отвечала односложно, наверное, все же не без оснований опасаясь прослушивания.
– Скажи ему: три, пять, семь, девять, одиннадцать. Он поймет.
– Хорошо, я передам. Все?
– Счет можно продолжить. Пока.
В ларьке около кинотеатра «Звезда» Серов купил у пожилого южанина киоскера пару блоков сигарет, потом немного покружил по переулкам, где теперь стало такое же оживленное движение, как и на Садовом кольце, и вернулся в квартиру Максуда.
Хозяин открыл ему дверь и пригласил на кухню попить чаю. Поставил чашки, вазочки с сахаром, печеньем и конфетами, а потом положил перед Сергеем ключ.
– От квартиры. Вдруг надумаешь выйти, а меня не будет.
– Мне неудобно тебя просить, – начал Серов и достал ключи от «жигуленка». – Тачка может быть с сюрпризом, но мне необходимо от нее избавиться. Я скажу, к кому обратиться на рынке. Дадут не так много, поскольку без документов, но зато возьмут без лишних вопросов.
– Давай, я могу сгонять прямо сейчас, – протянул руку Максуд: – Такие дела надо решать сразу…
Поздний телефонный звонок вырвал Пылаева из приятных сновидений и заставил вернуться к реальной действительности, далеко не в лучшую сторону отличающейся от того, о чем ему раньше мечталось.
– Опять? – недовольно пробурчала жена и сердито накрыла голову подушкой.
Аркадий не ответил. Да и что отвечать? Женщина, даже самая пригожая и умная, все равно в своей сути навечно останется бабой, сколько бы у нее ни появилось высших и прочих образований и разных должностей. Это уже, как говорится, по определению: разность полов она и есть разность полов. Поэтому надо ли зря тратить время и нервную энергию?
Он встал, сунул ноги в тапочки и шустро побежал в смежную комнату, где стоял аппарат, в который раз дав себе слово, что непременно сделает еще одну розетку в спальне или будет приносить туда на ночь радиотелефон. Но жена всегда возражала против телефона около кровати, а если вздорной бабе нечто втемяшится в голову, то ее и лысый черт не переспорит!
– Алло!
– Что вы там копаетесь, как куры в дерьме, мать вашу! – услышал он знакомый раздраженный баритон.
– Работаем, – не желая вступать в пустые пререкания, меланхолично ответил Пылаев и вспомнил, что когда его заманивали в липкие сети, то говорили с ним предельно вежливо.
Боже, чего только ему не наобещали! Но, надо отдать должное, слов на ветер никто не бросал. Появились деньги, потом серьезно продвинули по службе, назначив сначала замом, а потом и начальником отдела. То, что сейчас перед его должностью стоят буковки «и.о.», ничего не значит. Приказ о назначении уже на столе у руководства, а Серов больше не вернется в свой кабинет. Если только гостем, а скорее всего – подследственным.
