— Да уж, — вклинилась Уинтер, снова фыркнув, и скрестила руки на груди. — Можно и так сказать.
Усилием воли отведя взгляд от Уинтер, Ник посмотрел на техника, заставляя себя говорить как можно вежливее и спокойнее.
— Я чувствую себя хорошо, док. Спасибо, что спросили, — сказал он, игнорируя то, что Уинтер невольно прыснула. — …И спасибо за всё, что ваша команда сделала, чтобы вернуть меня в норму, — он помедлил. — Но я готов выбраться отсюда. Так что если моё тело более-менее работает…
— Так и есть, — подтвердил техник. — Вашей руке может понадобиться ещё несколько дней. Вы практически раздробили её в пыль. То же самое с отрастающими рёбрами. Ключица также может немного болеть, по крайней мере, пока не срастутся основные переломы.
Слегка улыбнувшись, он погрозил Нику пальцем.
— Так что никаких боёв, мистер Танака, — сказал он. — Как минимум несколько недель. Послушайте вашу подругу и отправляйтесь домой. Ограничьтесь сражениями за то, кто выбирает канал для просмотра, и кто будет сидеть на вашей любимой стороне дивана…
Уинтер улыбнулась, точно не смогла сдержаться.
Ник взглянул на неё и тоже улыбнулся — тоже не сдержался.
Однако его улыбка померкла, когда он вспомнил, о чём они с Уинтер говорили перед приходом техников.
Ему надо найти эту чёртову девчонку.
Ему надо найти её, пока она не погибла по вине её брата или Сен-Мартен… или что похуже.
При условии, что они ещё не сделали с ней это «похуже».
Ник прогнулся в позвоночнике, и его лицо напряглось, когда он протолкнул руку в рукав, натягивая рубашку на спину и плечи.
Начав застёгивать пуговицы спереди, он взглянул на Уинтер.
Она расхаживала по маленькой раздевалке, наблюдая за ним и поджимая губы.
Он интерпретировал её взгляд не столько как раздражение или критику его действий, сколько как нескрываемую оценку, и не только его физического состояния.
Он также видел, как она думает, взвешивает какое-то решение в своём сознании.
Эту часть он ещё не разгадал.
Его вновь накрыло осознанием, насколько всё между ними ещё ново, как мало он знал о ней и её прошлом. Он избегал спрашивать её о некоторых вещах (в основном об её прошлых отношениях и в особенности о браке), но помимо этого всё равно оставалась хренова куча вещей, о которых он ничего не знал и ещё не успел расспросить её.
Теперь он ловил себя на том, что гадает о некоторых из этих вещей.
Опять-таки, у него не было времени её расспрашивать.
— Тебе пора, — сказал он, заправив рубашку и потянувшись к концам ремня, чтобы застегнуть его. — Поезжай на север следующим поездом. Я встречусь с тобой там, когда…
Она расхохоталась.
Он повернулся, слегка нахмурившись.
Увидев выражение, проступавшее на её лице, он сдал назад, осторожно всматриваясь в её глаза.
— Уинтер, я по-прежнему коп…
— То есть, ты сначала свяжешься со своими детективами-напарниками, верно? Ты позвонишь Деймону? Детективу Морли? — в голосе Уинтер звучало нескрываемое презрение. — Ну само собой, Ник.
— Уинтер…
— Ты пойдёшь за Тай. Даже не притворяйся, что это не так.
Ник поколебался, и Уинтер раздражённо вскинула руки.
— Тебе нужна моя помощь, — рявкнула она. — Тебе нужна моя
Он нахмурился. Он не хотел её обижать.
Однако и не мог заставить себя солгать ей.
— Уинтер, честно? Не нужна, — сказал он. — Мне не нужна твоя помощь. Более того, если мне придётся беспокоиться о том, как у тебя дела, в безопасности ли ты, то всё станет в сто раз сложнее… и медленнее… для меня.
Она осмотрелась по сторонам, словно ища свидетелей.
Затем её лицо ожесточилось от злости, и она подошла вплотную к нему. Она заговорила так тихо, что даже он едва её слышал.
— Я экстрасенс, — сказала она.
Он моргнул.
— Ты же собираешься сначала поговорить с ней, верно? — сказала Уинтер, не отодвигаясь от него и не повышая голос. — Сен-Мартен. Ты думаешь, что за этим стоит она… что она как-то уговорила на это Тай, или же она как-то использует её… — она показала одной рукой жест, до жути похожий на жесты видящих. — …Ребёнок-ассасин. Верно? Я правильно считываю твои мысли на эту тему, Ник?
Ник бросил на неё изумлённый взгляд.
Он не сумел сдержаться.
Он покосился на дверь, как и она, затем шагнул ещё ближе к ней.
— Мы не можем обсуждать это здесь, Уинтер… — тихо прорычал он.
— Я нужна тебе, Ник, — перебила она, стоя на своём. — Я тебе нужна.
— Сен-Мартен знает о… — он снова покосился на дверь, затем перевёл взгляд обратно на неё, хмурясь. — …Людях вроде тебя.
— Но она не знает обо
Ник наградил её явно скептическим взглядом.
Шагнув назад от неё, он сел на мягкую скамейку, подтянув к себе свои антигравитационные ботинки и вытряхнув первый носок. Начав надевать его, он снова посмотрел на неё, одновременно раздражаясь, беспокоясь за неё, поражаясь, что она с такой безупречной точностью проследила ход его мысли… и по причинам, которые он не мог объяснить даже самому себе… немного возбуждаясь.
— Можешь не сомневаться, что знает, — сказал он. — Её сын знал. Помнишь? Он записал нас, Уинтер. В Келлермане.
Она один раз качнула головой.
