- Я не хочу тащить тебя в свой ад. Будет процесс, скандал, знаю, меня ищут и скоро найдут. Я бы сел в тюрьму, но тогда Валю с Лизой отдадут в детдом, а там хуже, чем в тюрьме… Мой отец был детдомовским, рассказывал,… до самой смерти он не забыл, что такое детский дом. И я не хочу, чтобы Валя и Лиза прошли через это. Они не виноваты, они ни в чём не виноваты.
Егор затушил окурок о подоконник и выкинул его в форточку, зябко поёжился и засунул руки в карманы. Обернулся.
- Так о чём ты хотел поговорить со мной, Серёжа?
Сергей криво усмехнулся и провёл рукой по гладкой щеке Егора, заправил выбившиеся прядки волос за ухо, опустил руку на плечо и сжал. Потом скользнул пальцами по шее сзади, погладил.
- Тебе было трудно. Но всё это прошлое. Дальше тебе выбирать, что будет. Я предлагаю тебе помощь, ты решай: принимать её или отказываться. Если ты откажешься, я сделаю так, чтобы никто ничего не узнал о твоём присутствии в этой больнице, в этом городе. Если ты примешь мою помощь, то я постараюсь тебя вытащить из этого ада. Деньги и связи решают всё, а у меня есть и то и другое в достаточном количестве. Выбирай за себя и за своих родных. Шанс на спасение или бегство.
Егор всмотрелся в лицо Сергея, подался вперёд, прислонился лбом к его груди.
- Я… Помоги мне, Серёжа. Пожалуйста…
11.
Лиза сосредоточенно смотрела на свои сложенные на столе ладошки, косилась изредка на Егора и не произнесла ни слова за то время, что они ехали в ресторан. Сергей уговорил Егора оставить пост в больнице и поужинать в спокойной, тихой обстановке. Мальчишка выглядел абсолютно дезориентированным, словно всё то напряжение, что присутствовало в его жизни на протяжении последних полутора лет, тщательно оберегаемое и недоступное постороннему, вдруг раздавило его окончательно.
Сергей не пытался утешать, не давал лишних обещаний. Как канатоходец на опасном участке, он старался не делать резких движений. Иначе Егор опять закроется, и тогда уже точно никто не сможет его достать.
- Я буду котлету по-киевски с жареной картошкой, - сказал Сергей, закрывая меню и откладывая его на край стола. – Выбрали?
Егор пожал плечами и посмотрел на сестру.
- Ты что будешь? – тихо спросил он привычным ласковым голосом. Сергею нравился такой его голос. Он его тоже слышал в той квартире, когда они лежали рядом разморённые и перекидывались ничего не значащими фразами о том, как же просто устроен человек, как легко его можно удовлетворить.
- Я хочу курочку, - ответила Лиза и подняла глаза на Сергея, тут же опустила вновь, словно испугавшись произнесённых слов.
- Я тогда тоже возьму курочку, - Егор улыбнулся сестре и положил своё меню поверх другого.
Ели молча, глядя в тарелки. Сергей думал о возможностях Виталия Артуровича, насколько далеко они простираются, и насколько далеко он сам сможет зайти. Ответ был прост до безобразия. Сергей был готов пойти до конца. Он хотел этого мальчика со всеми его тайнами, секретами и смертными грехами. Хотел, чтобы Егор вновь стал тем мальчишкой, что так глубоко зацепил его в «Истерии».
- Ты снимаешь квартиру? – спросил Сергей, нарушив свинцовое молчание.
- Комнату, в Колпино, - ответил Егор.
- Сегодня переночуете у меня.
Мальчишка нахмурился, по лицу его пробежала лёгкая судорога. Борьба с самим собой была напряжённой и грозила закончиться отказом. Сергей в очередной раз подумал, как же с такими железными принципами и вознёсшейся до небес гордостью Егор хотел пойти на панель. Неужели ему доставляет удовольствие каждый раз бороться с собой и проигрывать? Унижать себя в своих же собственных мыслях. Втаптывать в грязь любое проявление благородства и честности. Егору это давало иллюзию наказания, решил Сергей.
- Егор, это не обсуждается. Как и всё остальное, что будет происходить дальше.
- Ты переигрываешь, Серёжа, - вяло парировал Егор. – Я тебе многим обязан…
- Пока ничем ты мне не обязан, - прервал его Сергей. - Сделать звонок другу было несложно. До Колпино добираться около двух часов, тем более, что автобусы в такое время уже не ходят.
- Есть такси.
- У тебя появились лишние деньги?
Егор посмотрел на Сергея, широко распахнув глаза. Лицо его, до этого момента выражавшее напряжение и усталость, вдруг преобразилось. Стало каким-то по-детски обиженным. Сергей понял, что ничего более трогательного не видел в своей жизни. Он улыбнулся и с трудом сдержался от того, чтобы не поцеловать мальчишку.
- Сегодня вы едете со мной, а завтра посмотрим, - уже мягче заключил Сергей и повернулся к притихшей девочке. Та внимательно следила за разговором, но ни словом, ни взглядом не выражала испуга или осуждения. Казалось, она понимала больше, чем её брат. – Будешь молочный коктейль, Лизонька? Есть ванильный, клубничный и шоколадный. Ты какой хочешь?
- Шоколадный, - ответила девочка и мило улыбнулась, очевидно, проникаясь симпатией к Сергею. Всё-таки, дети должны оставаться детьми.
- Значит, закажем три шоколадных коктейля и пончиков! – засмеялся Сергей, подмигнул Егору и с щемящей нежностью в груди отметил, как тот невольно улыбнулся в ответ.
