Кажется, им обоим было неловко. Максим редко говорил о своих чувствах, а если и говорил, то лишь в те моменты, когда едва-едва удавалось их осознать, заключить в какие-то понятные формулировки – на пике их ясности и очевидности. Не умел консервировать подобные моменты и, если не было возможности высказаться здесь и сейчас, больше к ним не возвращался. Временами жалел, что из-за такой особенности не говорит родным то хорошее, что мог бы сказать.
– Слушай, а ты меня правда подозревал? – Дима опять отвлёкся от учебника.
– Нет. Просто хотел показать: когда подозреваешь кого-то из близких, можно дойти до абсурда.
– А Кристина тебе стала близкой?
Максим не ответил.
– Что будешь делать, если окажется, что она… не та, за кого себя выдаёт?
– Поговорю с ней.
– Серьёзно?
– Она этого заслуживает.
– Да уж… Только ты поосторожней. Я бы на твоём месте боялся человека, который добровольно подставляет лицо для синяков, лишь бы сыграть свою роль.
– Не торопись. На камерах по-прежнему пусто.
В комнату постучалась Димина мама, Динара Габитовна. Сказала, что на ночь застелет для Максима диван на кухне. К счастью, Дима отговорил её от этой затеи:
– Мы тут допоздна будем возиться. Лучше у меня в комнате.
– Я на ковре посплю, не беспокойтесь, – кивнул Максим и добавил, что ему вполне хватит какого-нибудь пледа и подушки.
Динара Габитовна не стала спорить, а к пяти часам из магазина мебели привезли раскладушку. Димина мама заметила смущение Максима и сказала, что давно хотела её купить, просто не было повода. Максим ей не поверил. Сказал, что сам соберёт раскладушку, – передал Диме ноутбук, взялся рассматривать незамысловатую конструкцию с разборными креплениями и колёсиками.
Вечером пришлось познакомиться с Диминым отцом. Впрочем, знакомство было кратким, потому что Василию Игнатовичу тут же позвонили по работе, а ужин Дима попросил, как и обед, принести к ним в комнату.
Однообразие заброшенного дома начинало утомлять. Максим успел пересчитать точное количество выросших на участке деревьев, запомнил узор обожжённых стен, прикинул, что было бы дешевле – отремонтировать такой дом или снести его и построить новый. Успел посмотреть в интернете, нет ли его в продаже. Обнаружил на ЦИАНе жуткий в своей аляповатости дом с гипсовыми колоннами. Шестнадцать миллионов. И это в Клушино. Неужели кто-то в своём уме… Машина! К дому подъехала машина. Какая-то иномарка, с этого ракурса не удавалось разглядеть деталей. Что-то вроде «Тойоты Короллы». Белая. Передняя дверь открылась.
– Кто-то приехал.
– «Вы хотите обедать, а мы ещё не решили вопроса о бытии Божием», – Дима продолжал монотонно зачитывать отрывки из учебника.
– Приехал, говорю, кто-то!
Дима неловко вскочил с кровати. Схватил трость и, прихрамывая, заторопился к столу.
Из «Тойоты» вышел мужчина. Один. Сейчас он хорошо просматривался с обеих камер.
Огляделся. Неторопливо направился к заросшему участку.
– Я же говорил! – прошептал Дима, будто боялся спугнуть незнакомца своим голосом.
В отличие от Димы, Максим не был взволнован. Принял происходящее спокойно. И только с грустью признал себе, что ничего другого не ждал. Понимал, что всё закончится именно так. Быть может, поэтому не хотел устраивать проверку и вообще с негодованием выслушал подозрения Димы.
– Что он делает? – Дима выключил настольную лампу, чтобы она не отсвечивала в экране.
Незнакомец прошёл несколько шагов к дому.
Остановился. Опять огляделся.
Чего-то боялся. Странно. Ничто не мешало ему прямиком отправиться в дом.
Конечно, было не так просто решить, где именно искать тайник, – он вполне мог оказаться во дворе, у забора или под крыльцом. Максим вообще думал, что если уж Кристина расскажет о ненастоящем письме Скоробогатову, тот пришлёт целую бригаду с лопатами, ломами, болгарками и…
– Чудесно, – Дима с разочарованием отвернулся.
Они ошиблись.
Этого человека явно прислал не Скоробогатов.
Незнакомец затаился возле стены. Положение его ног и рук не оставляло сомнений в том, зачем он тут остановился.
– Ну хоть узнали, где там у вас в Клушино общественный туалет.
Вскоре машина уехала, оставив Максима наблюдать за вновь опустевшим кадром. Теперь сюда не заглядывала даже кошка.
К десяти пришла Аня. Она уже знала, что Максим останется у них ночевать. Как и просил Дима, купила им роллы и чипсы для ночного дежурства. Сама помогать отказалась – сказала, что ей нужно готовиться к сессии, а с утра ехать на консультацию по проектированию. Всё же до полуночи сидела с ними у ноутбука, и Максим был благодарен Ане – её ненавязчивые разговоры и шутки отвлекали от утомительного однообразия мыслей, от опостылевшего наблюдения за домом.
Когда Аня ушла, Дима пообещал написать статью с подробным описанием всего, что с ними случилось: от того момента, как мама передала картину Абрамцеву, до последних событий с глобусом.
– Если что-нибудь пойдёт не так, выложу всё в интернет.
