— Объединенная армия тальиндов и великанов наступает, завтра ожидается нападение. Соответствующие распоряжения Мирадеоном уже отданы. О подробностях, я уверен, он расскажет сам. Азара, — добавил Вирдео после короткой паузы. — Я не понимаю, почему в твоих руках этот несуразный меч, я не чувствую в нем никакой магии, но он меня пугает.
— Это Аштагор.
— Пресветлый Аланар, — в ужасе прошептал Вирдео. Лицо его окаменело, глаза разучились моргать. Азара смотрела на него и долго не могла подобрать самых простых успокаивающих слов.
— С ним город выстоит. — Этих слов Вирдео не воспринял. Повернувшись, он смотрел на ту, которую знал сызмала, и не узнавал.
— Кто ты?
Азара не знала, что ответить, но тогда же их нагнали остальные и магистр, очнувшись, отворил серебряную дверь.
Другая компания в свою очередь слушала рассказ Миридис.
— Мне привиделась ночь: зловещая и пустая ночь без конца. Я видела белые глаза, а затем, — альва замедлила шаг и почти прошептала. — Возникла она, — направление взгляда дополнило недосказанность. — Она подняла Аштагор, и света не стало.
— Мы знаем, — успокоил Дъёрхтард. — Но все это события минувшие.
— То же самое сказал Аланар Оламисваре, с которой я посчитала нужным поделиться видением. Но более того, Аланар велел мне возвратиться к вам, потому, — она не стала дожидаться избыточного вопроса, — что объединившись вчетвером, предвозвестники могут убить бога.
— Немыслимо! — возмутился Граниш, но они нагнали объект разговора, и он несколько скованно добавил: — немыслимо, чтобы тальинды, даже объединившись с великанами, рассчитывали захватить Сребимир. Это гамбит.
— Я тоже такого мнения, — согласился Вирдео. — Мы не видим всего поля, только пешки.
Он провел гостей в зал советов Серебряного замка. Почти все пространство помещения занимал серебряный стол. Форма капли позволяла сидящим за ним видеть друг друга, в то же время иерархически их упорядочивая. Собрание, конечно, возглавлял Мирадеон. Одесную от него на резном серебряном стуле восседал народный глашатай Элефомил, суть воля людская и божественная, ошуюю вытянулся тетивою воевода Кувер-Асим. Следующее за Элефомилом в сторону сужения стола место занимал облаченный в серебристую парчу духовидец Зефтеро, рядом устроились Вирдео, Азара и Амутар. Со стороны Кувер-Асима вновь прибывших дожидался Солас, за ним разместились Миридис, Граниш, Белый Охотник и в самом конце, почти на острие капли, сел Дъёрхтард. Мирадеон, несомненно, борута узнал, но былых разногласий не вспомнил. Дождавшись, когда все устроятся, он поприветствовал гостей:
— Добро пожаловать в Сребимир, странники. Знаю, зачем прибыли вы, о ваших благородных, но пугающих своей решительностью намерениях, и с нетерпением жду ваших речей. Но прежде вам надлежит знать следующее: неприятель наш, тальинд, численностью в десять тысяч воинов движется с юга и, сохранив скорость, достигнет стен Сребимира к полудню следующего дня. С ними триста великанов Хримхоры и двести великанов Ёрмира. Об этих злонравных созданиях, хрупкое перемирие с которыми не впервые разбилось, предлагаю до времени не упоминать, ибо предательство с их стороны, имей оно сколь угодно неприятные нам последствия, не явилось неожиданностью и лишь подтвердило истинность суждений о великанах как о жестоких и коварных тиранах и захватчиках. Иной, гораздо менее изученный враг — тальинд, и прежде чем сойтись, я желаю узнать о них как можно больше. Кто такие тальинды? Откуда они взялись? Какую цель преследуют? — присутствующие в который раз попытались найти ответы на озвученные вопросы.
