«Интересно, — размышлял Дъёрхтард, разделяя тепло кружки руками. — Сколько раз вот так вот, потягивая чай, они сидели перед камином?»
— В сем благостном месте не до́лжно говорить о тревогах внешнего мира, — произнес Граниш, словно прочитав мысли мага. — Но именно для того мы и собрались. Надобно обсудить наши действия.
— Я больше не могу обсуждать, — вздохнула альва. — Я хочу действовать.
— Нельзя спешить, — продолжал цверг. — Миридис, покажи-ка Дъёрхтарду страницу. — Альва вытащила из-под кресла футляр для свитков и через Граниша передала магу. — Сможешь восстановить?
— Попробую.
Дъёрхтард снял крышку футляра и аккуратно освободил от содержимого. Страница оказалась в ужасном состоянии: выцветший пергамент, на котором едва угадывались отдельные слова, пронизанный зияющими ранами бесконечных сгибаний не имел угла и в целом определенной формы, а от неосторожного дыхания грозился рассыпаться в песок. Расправив лист на столе, маг выудил из поясного мешочка склянку с берестяной пылью, обильно посыпал его, добавил три капли живицы эбенового дерева. Приблизив руки к пергаменту, едва не касаясь подушечками пальцев, стал бормотать заклинание, одновременно водя пальцами, вырисовывая незримые письмена. Берестяная пыль начала перемещаться и заполнила недостающие части бумаги, живица растеклась символами, проявляя блеклые чернила и вычерчивая наново отсутствующие слова.
Окончив колдовство, Дъёрхтард сложил лист трубочкой, стряхнул лишнюю пыль обратно в склянку, бросил короткий взгляд на присутствующих и зачитал содержимое пергамента:
— «…ойконы были разбиты и бежали на север, где рукою Тургоса Холодного образовали Холгорд…» — Дъёрхтард пропустил несколько несущественных предложений. — «В лета крови происходили и другие многочисленные битвы, среди которых нельзя не упомянуть еретика Рогдевера, по прозвищу Гром Огня. Этот могущественный маг собрал устрашающую армию, остановить которую удалось лишь богам. Не менее впечатляющим было, по мнению историков, сражение фавнов под предводительством Эвиларда Подлунного с полчищами юд-ха…» — Дъёрхтард пробежался взглядом по следующим строкам и поднял голову. — Больше ничего, что касалось бы предвозвестников или Рогдевера.
Граниш разочарованно вздохнул, Миридис осталась невозмутима.
— Это ничего не меняет, — отметила она.
— То есть, как не меняет? — удивился цверг. — У нас нет зацепки. Мы не знаем, что искать и где искать. Это месяцы, возможно, годы…
— Я знаю, где искать, — продолжала альва. Присутствующие затаили дыхание. Она посмотрела на одного, затем на другого мужчину, определяя, готовы ли они ее поддержать. — В Книге имен.
Дъёрхтард не изменился в лице, хотя это и стоило ему большого труда. Граниш шумно выдохнул и откинулся в кресле.
— Что ты такое говоришь?! — возмутился он. — Или я тебя неправильно понял?
— Не думаю.
— Не-е-ет, это немыслимо! Ты предлагаешь отправиться во внутренний мир, в мир имен — Намару, чтобы заглянуть в книгу Имурья-летописца? Нет, забудь, мы придумаем что-нибудь еще.
— Почему нет? — наконец высказался Дъёрхтард. Миридис одними глазами улыбнулась ему. — Можно хотя бы попробовать.
— Попробовать… — бормотал Граниш. — Потребуется помощь имура, чтобы хотя бы попробовать…
— Я знаю, кто нам поможет, — заявила Миридис. — Отшельник, что живет в неделе пешего хода в горах на севере. Но по небу мы преодолеем этот путь за два дня.
— Но как же война с тальиндами? — упорствовал цверг. — Нужно остановить ее, а не гоняться за призраками.
— Быть может, — осторожно начал Дъёрхтард, — эта война не так уж и значима для мира. Не для нее мы родились. С другой стороны, Книга имен может открыть наше предназначение.
— Что ж, можно сначала прекратить войну, а затем уж заняться разгадкой своих судеб, — все не сдавался Граниш.
— У нас нет такой силы, чтобы, спустившись с небес мгновенно покончить с войной, — вернулась в разговор Миридис. — Сбор миротворцев потребует времени. Мне неприятна мысль, что живые существа гибнут по обе стороны поля, но ведь ты, Граниш, сам ждал расцвета последнего предвозвестника, прежде чем начать действовать и говорил мне, что жизни наши слишком важны, чтобы рисковать ими. Так узнаем же, для чего мы созданы и выполним уготованное анияра.
— Кто этот отшельник, о котором ты говоришь? Ему можно довериться?
— Он носит имя Пастыря Ветров — духовного лидера северных народов. Говорят, он постарел еще до того, как родились отцы их старейшин. Но с годами разум его не мутнеет, а наполняется новыми знаниями. Я искренне полагаюсь на его помощь.
Граниш продолжал ворчать, но очевидно уже по инерции. Наконец он тяжело вздохнул и поднялся с кресла.
— Пусть будет, как вы хотите! — и махнул рукой. — Капитан Миридис, прокладывайте маршрут! А юнга с вашего позволения откланяется и удалится в кубрик.
Сопровождаемый улыбками, Граниш ушел. Дъёрхтард и Миридис остались вдвоем.
— Хочешь осмотреть мою палубу? — поинтересовалась альва.
— С удовольствием.
