Лаки надеялся, что они заговорят, и тогда станет ясно, кто они и что им здесь надо, но Крыса вскинул руку и махнул перед собой, молча направился перпендикулярно маршруту Лаки, вдоль реки. Видимо, он возглавлял отряд, и остальные последовали за ним.
– Скатертью дорожка, – прошептал Лаки и подумал, что во-первых, ему с ними не по пути, а во-вторых, они скорее всего неадекватные, как тот злосчастный Тхнэ.
Вспомнилась легенда Кузи, что все, кто подбирался к Яне, погибали. Наверное, доля правды в этом есть, и Брют не одного человека угробил, а потом от отчаянья посадил на крючок везунчика Лаки.
Лаки еще раз посмотрел на карту, на солнце, прячущееся за сосновыми кронами, опять на карту. Скоро будет железнодорожный узел, в нескольких километрах от него – берлога. По идее, можно успеть в убежище, но неизвестно, какой будет дорога и сколько аномалий придется обходить. В идеале найти бы ветку железной дороги и идти по ней. Лаки провел пальцем по карте и уперся в пунктирную линию. Ага, вот она!
Насыпь из гравия уже поросла молодым сосняком, а рельс и шпал наверху не оказалось – то ли давным-давно местные растащили и сдали на металлолом, то ли дорогу просто не достроили. Лаки двинулся по насыпи. Гравий шуршал под ногами, колол подошвы. Солнце висело низко, и через полчаса должно было коснуться горизонта. Еще сорок минут куриной слепоты, и воцарится тьма. Лунного света достаточно только мутанту Нико и тем, с кем он дружит, нормальному человеку лучше ночевать в убежище.
Заметно похолодало, и Лаки начало знобить – одежду-то он не просушил. Да и отдохнуть не помешало бы, предыдущую ночь он мало спал. Рюкзак стал казаться неподъемным.
Вдалеке замаячила выцветшая крыша административного здания, показался зеленый локомотив на путях возле перрона, дальше – ржавые вагоны. Узел был закован в качественный бетон, который пока сдерживал натиск природы, но железнодорожные пути уже поросли травой. Донесся подозрительный лязг, словно металлом ударили о металл.
Лаки перевел «Штайр» в режим стрельбы очередями, прицелился перед собой. Поразмыслил и активировал «пуговку» – арт, отражающий психические атаки. В подобных местах любили селиться человекообразные мутанты – норушники и кукловоды. Норушники обладают телекинезом, могут силой мысли швырять тяжелые предметы, нападают стаями, человека пожирают живьем, с ними Лаки не справиться. Кукловоды, как правило, одиночки, они довольно умны и обладают даром внушения. Могут заставить сталкера застрелиться или перебить своих товарищей.
Снова донесся протяжный звук, будто стальной исполин разминает проржавевшие суставы. Или черт с ним, с этим узлом? Лучше обойти его и заночевать в берлоге, один в поле не воин.
Следовало поторопиться, потому что солнце уже почти село. Быстро обойти железнодорожный узел не получилось: там, куда устремился Лаки, пространство подозрительно мерцало, по нему словно пробегала рябь. Пришлось делать крюк и красться лесом, а потом лес закончился, и путь преградил огромный холм, у его подножия упокоился «Москвич-пирожок», шины давно сдулись и оплавились, но лобовое стекло уцелело, дверцы были закрыты, а кузов распахнут. Когда Лаки подошел ближе, понял, что это гигантская мусорная куча, заброшенная задолго до того, как возникла Зона.
Обходить гору Лаки не стал, решил вскарабкаться наверх и осмотреться. Склон порос травой и мелким кустарником, и Лаки поднялся на вершину без труда. Отдышался, снял рюкзак и порадовался тому, что, наконец, согрелся. Вид отсюда открывался великолепный: в полукилометре – лес, покрывающий небольшие возвышенности черными волнами, дальше пролески, полосы вырубок, поляны. Где-то там, за невысоким холмом, – река, омывающая небольшой остров, куда Лаки рассчитывал попасть завтра до обеда. Он поднял голову к быстро темнеющему небу. Что это?.. Что это за черные точки на небе, да еще в таком несметном количестве? Вороны?.. Но что заставило птиц на ночь глядя сорваться с места? Послышался какой-то странный гул… Лаки напряг слух: сначала раздается едва различимый звон, но проходит время, и можно выделить рев, рык, свист, стон, карканье… На сотни голосов орали, визжали, выли мутанты… Гон!
Бывалые рассказывали, что все мутанты в один момент, словно повинуясь приказу, снимаются с места и бегут, бегут куда-то, сметая все на своем пути, ломая деревья, затаптывая слабых, разрывая людей. Если нет возможности спрятаться в бункере, ты покойник.
Лес впереди зашевелился. Лаки развернулся и рванул назад, ведь единственное, что могло его спасти – железнодорожный узел, и пусть там прячется хоть сам дьявол, мутанты во время гона страшнее. Обернулся на бегу и оторопел: так же сходит сель или лавина – неумолимо и неотвратимо – мутанты неслись из леса сплошным потоком, впереди – колоссы, за ними – норушники, упыри с радиоактивными кабанами и волками, кенги… Вот и пришел твой конец, Лаки.
