Днём, когда экзаменуемые только попали сюда, один парень не послушался и попытался разобрать радио, теперь его тело засыпало снегом… Вспомнив об этом, люди в ужасе переглянулись. Юй Вэнь почувствовал, что его сейчас вывернет на изнанку.
– А ну, отвернись! – резко одёрнул его Ю Хо. – Только не на меня.
– Брат, ты проснулся?! – удивлённо воскликнул Юй Вэнь.
– Чего орёшь? Можешь говорить потише? – накинулся на него Татуированный.
– Я не спал, – сказал Ю Хо.
– Тогда почему ты постоянно закрываешь глаза? – спросил Юй Вэнь.
– Болят.
Лао Юй вроде бы рассказывал сыну, что Ю Хо сделали операцию на глаза и если он долго смотрит на свет, то устаёт, но прежде Юй Вэнь не слышал об этом от самого брата и потому подзабыл.
– Ты понял, что сказал Охотник? – спросил Юй Вэнь.
– Угу.
– И что нам делать?
– Лично я буду ждать ужина, – невозмутимо ответил Ю Хо. – Есть хочется.
Остальные переглянулись: ну и для кого этот спектакль?
Слова Ю Хо напугали людей ещё больше, все опять замолчали.
Звукоизоляция в избушке была так себе, из кухни доносился громкий стук, словно нечто большое и твёрдое закинули на стол, а затем с громким хрустом начали перерубать кости одну за другой.
Часы на шкафу неторопливо тикали, обстановка накалялась с каждой секундой. Казалось, прошла сотня лет, прежде чем дверь кухни наконец открылась. Запах оттуда стал ещё более странным: к прежней вони добавилась нотка свернувшейся крови.
Охотник вытер руки тёмным полотенцем и высунул голову, чтобы подбодрить гостей:
– Через минутку всё будет готово! У замороженного мяса интересная текстура: с небольшими вкраплениями льда, жуётся с хрустом… Хррр-уссс-ть! – Он как будто о чём-то задумался, а потом как ни в чём не бывало продолжил: – Вам понравится, гости дорогие!
В надежде, что брат его услышит, Юй Вэнь тихо выругался:
– Чёрт, что за извращенец!
У Ю Хо заурчало в животе, и Охотник внезапно рассмеялся:
– Ага! Не я один жду угощения! Дел невпроворот, нужна помощь кого-нибудь из гостей.
Он обвёл комнату взглядом своих тёмных глаз. Люди съёжились в ужасе, только Ю Хо не выказывал страха, наоборот, он подался вперёд. Юй Вэнь в панике прижался к нему.
– Нет, нет, я знаю, вы стесняетесь, не нужно выдвигать свою кандидатуру, как Мао Суй[7]. Я сам! Еду нелегко раздобыть, я выберу кого-нибудь порасторопнее: обидно будет разбить тарелку.
Он вышел в гостиную, двигаясь как-то странно и неуклюже. Собравшиеся молча смотрели в одну сторону. Там в тени притаился обезумевший Лысый. Он даже не заметил, что в хижине объявился новый человек, продолжал раскачиваться и бормотать себе под нос. Поначалу Охотник сосредоточился на остальных. Казалось, он и не заметил одинокого мужчину в углу. Но спустя пару мгновений Охотник подошёл к Лысому, и кто-то в толпе испуганно ахнул.
– Мм? – Охотник замедлился и как-то странно наклонил голову, выгнув шею под неестественным углом, отчего стал похож на сову.
– Твою ж мать! – прохрипел Юй Вэнь.
Охотник обратился к Лысому, сжавшемуся в комок на полу у его ног:
– Ой… А здесь ещё один гость… Как я мог пропустить… Дайте-ка взглянуть.
Лысый смотрел в одну точку затуманенным взором и не видел перед собой бледного лица Охотника.
Тот, раздосадованный таким невниманием, ущипнул Лысого за подбородок и похлопал по щеке:
– Просыпаемся, дорогой гость!
Это не возымело успеха, и Охотник влепил Лысому пощёчину. Взгляд того наконец сфокусировался, он молча уставился на Охотника широко раскрытыми светло-карими глазами. Ещё через две секунды ботинки Охотника стали мокрыми от мочи.
Охотник растянул губы в ухмылке:
– Вижу, этот гость подходит. Давай, помоги мне с посудой, ладно?
Лысый не двигался.
– Вставай! – Охотник выпрямился, подхватив дрожащего Лысого под мышки. – Подымайся!
Лысый в оцепенении встал, дрожа как осиновый лист.
Охотник вновь улыбнулся:
– Ну вот, молодец. Пошли со мной.
Лысый оглянулся на своих товарищей по несчастью. Не дождавшись от него ответа, Охотник добавил:
– Я бы предпочёл, чтобы остальные гости остались здесь. Если кто-то пойдёт за нами, то очень меня расстроит и окажется в большо-о-ой опасности.
Никто не стал спорить, люди попятились, а Лысый, слишком напуганный, чтобы обернуться, на негнущихся ногах последовал за Охотником.
Охотник готовил не слишком аккуратно, мясные ошмётки были разбросаны по всей кухне. На столе стояло тринадцать пустых фарфоровых тарелок, а рубленое мясо он переложил в стеклянную миску. Мясо было заморожено так сильно, что нельзя было определить, что это вообще такое. Остатки Охотник спрятал в мешок, который снова туго завязал.
Лысый трясся, не сводя мутного взгляда с ножа для рубки костей, валяющегося на столе.
– Дорогой гость, на что ты так пристально смотришь? – мягко спросил Охотник.
У Лысого подкосились ноги, и он поспешно отвернулся.
– Точно! – Охотник взял две тарелки, вручил Лысому и предупредил: – Они тяжёлые, а тебя аж трясёт всего, давай-ка ступай аккуратнее. Если уронишь их, то… у нас будет достаточно еды.
Лысый обомлел.
Выйдя из кухни, Охотник ещё раз обратился ко всем:
