Глориаль полностью

По-прежнему уходя от их взглядов, Бет связала анус и толстую кишку веревкой. Есть. Это, видимо, ключевой момент ритуала, главное не расплескать. Кенгуроиды затоптались, переступая с лапы на лапу, а Бет тем временем закинула петлю вокруг остальных внутренностей и высвободила их. Кенгуроиды засопели. Одобрение? Кто их знает.

Дальше она решила следовать интуиции. Быстро перерезала длинную трахею, чтобы та не придала мясу неприятного запаха. Отсекла пищевод так высоко у шеи, как смогла. И последнее… Она отложила нож, ухватилась за трахею обеими руками и сильно дернула вниз. Внутренности провалились в срединную часть брюшины.

Бет разрезала соединительную ткань, удерживающую большую часть внутренностей рядом с позвоночником. Не колеблясь, вытащила потроха из туши и швырнула их на пол. Ухватила обеими руками кожу на затылке кенгуроида. Покосилась на его живых сородичей, затем на Крутильщика: тот кивнул. Хоть какой-то сигнал.

Бет, кряхтя, потянула за шкуру. Та разошлась, точно застежка-молния, и опала до лап. Красное мясо блеснуло на солнце.

– Какого хрена?! – Обнаженный Клифф остановился на балконе рядом с Бет.

Она не заметила его появления.

– Я потом объясню, – медленно отозвалась Бет и повернулась к Крутильщику: – И мы должны?..

Крутильщик взмахнул всеми руками, словно это что-то объясняло.

– Торжественное пиршество. Пожрать их сородича.

Клифф хмыкнул:

– Я не…

– Неважно. Ты стейки нарезать умеешь?

Клифф поморгал.

– Гм, конечно. Но за…

– Пиршество. Завтрак. Я поджарю на всех. Разведи костер. Большой костер. Праздничный, надо думать.

Крутильщик что-то стремительно протрещал, обращаясь к плотоядным кенгуру. Бет заметила, что зверюги, державшие на весу тушу сородича, не выказывают признаков усталости. И верхние, и нижние конечности, и даже хвост у них были очень сильные и мускулистые. Кенгуроиды отозвались. Их речь изобиловала резкими звонкими согласными.

Клифф забрал у Бет ножи и приступил к работе, не утруждая себя возвратом в номер, чтобы одеться. Бет подумала, что перед чужаками наготы и впрямь стыдиться нечего. Публичная нагота – мощное и многозначное табу во многих человеческих культурах, но для иномирцев она не значит ничего. Кроме того, потом от крови отмываться будет легче.

Наблюдая за Клиффом, державшие тушу кенгуроиды вытянули морды к нему – все одновременно. Наморщили черные губы, раскрыли пасти так широко, что Бет углядела огромные задние зубы, квадратные, похожие на могильные плиты. Клифф нарезал мясо, а кенгуроиды обменивались фыркающими и сопящими звуками, косились на него и переминались с лапы на лапу. Видимо, заключительная нарезка туши для приготовления мяса имела большое ритуальное значение. У чужаков свои обычаи.

Бет тоже осталась наблюдать. Клифф умело рассекал плотные мышцы кенгуроида. Свежая дичь. Как давно это было? Без малого век назад, в Чаше…

Повинуясь внезапному импульсу интуиции, Бет обернулась к Крутильщику:

– Да, мы закатим пир на весь мир. Но следует ли приглашать кенгуроидов на… церемонию?

Она приготовилась к резкой отповеди, однако Крутильщик кивнул. Чужак усваивал человеческие жесты.

– Они были бы вам признательны за приглашение.

Что, еще и каннибализм? Бет медленно, глубоко вздохнула. Века назад Киплинг указывал, что «путей в искусстве девять и десять раз по шесть, и любой из них для песни – лучше всех»[21].

Бет пришлось признать, что свежевание и нарезка разбередили старый вкус к полевым трапезам. У нее появилась новая мысль.

– А можете ли вы – или они – отыскать немного яиц? В смысле от некоторых птиц?

Руки Крутильщика заплясали в воздухе.

– Думаю, мне понятна ваша идея. Да, такие здесь есть. Неоплодотворенные яйца. Иногда весьма крупные… – Он развел две руки примерно на фут. – От больших летающих существ. Это указывает на ваши корни.

– То есть?

– Я полагаю, вы происходите от теплокровных предков? Некогда, судя по вашей эволюционной истории, они промышляли воровством яиц древних динозавров. Маленькие и пугливые, они выходили наружу в основном по ночам. И даже сейчас у вас имеется привычка есть яйца после пробуждения.

– Никогда не задумывался, – отреагировал Клифф, нарезая стейки и откладывая их в сторону. Два плотоядных кенгуру продолжали поддерживать тушу сородича на весу, вроде бы без натуги, хотя обоих прошибал обильный пот. Вокруг вились мухи. Бет сообразила, что сильно проголодалась. И перепачкалась.

– Тогда проявим положенное млекопитающим поведение. – После неприятного кровавого вскрытия ей полегчало: наконец-то это закончилось. – Крутильщик, достаньте нам яиц к кенгуриному стейку. Стейк с яичницей, да! Объедение.

Редвинг никогда не считал образование чем-то вредным, но скрывать гнев так и не обучился.

– Что они там, ядри его мать, обсуждают с этим глорианским выползком, Крутильщиком?

Артилектопереводчик сказал спокойным, примирительным тоном: