Алекс отрезала и себе кусочек. Ей плод показался сладким и переспевшим. Даже, скорее, забродившим. Сок лихотас напомнил ей дынное вино. И, надо сказать, пятнадцать градусов в нём действительно было.
— Интересно, а гирвении после этих плодов не хмелеют? — сказала Алекс, наблюдая за пернатыми светлячками, которые уже давно перелетели на другое дерево.
— Тебе тоже показалось, что лихотос с вином внутри?
— Показалось? Да я опьянела после первого кусочка! — хихикнула Алекс и села возле ствола, прислонившись к нему спиной.
— Может ещё по бокалу? — Макс сел рядом с ней и отрезал себе очереденой ломтик.
— Давай, — согласилась она, — Такое приятное тепло разливается по телу после этого лихотас.
Они сидели под деревом и болтали, поедая приятный дурманящий плод. Под струящимся светом Тамирона они и не заметили, как наступила полночь.
— Куда дальше отправимся? — спросил Макс, — Какие идеи?
— Пошли в сторону океана. Там я видела какой-то свет и мне хочется посмотреть, что это такое.
— А если там люда Хетта?
— Мы бы услышали шум и их голоса. И потом, взгляни сам.
Алекс поднялась на ноги. То ли плод лихотас сделал своё дело, то ли она резко поднялась, а в глазах всё побелело, и голова пошла кругом. Она остановилась на минуту и, придя в норму, поднялась на, высоко выступающий из-под земли, корень дерева. Алекс посмотрела в сторону океана. Макс последовал за ней. Он стал рядом и увидел нечто необычное.
Береговая линия океана действительно светилась. Как-будто в сам песок и камни были встроены осветительные приборы, и вода океана была светло-голубой и прозрачной, постепенно переходя в сине-голубую с различными оттенками лазури.
Они отправились к берегу. Алекс так спешила к океану, что Макс еле успевал за ней. Приближаясь к береговой линии, свечение становилось ярче и сильнее. И вот Алекс и Макс остановились на берегу глорианского океана. Огромное, бескрайнее полотно черно-синего цвета сливалось с небом. И только его середина, на другом конце которой купался Тамирон, светилась, рябила и переливалась серебристой дорожкой.
— Что это? — Алекс присела на корточки. Вдоль всей береговой линии, светясь ярко-голубым, неоновым светом лежали необычные их глазу водные растения. — Похоже на водоросли.
Макс наклонился и взял, выброшенную на берег, веточку в руки. Капитан внимательно посмотрел на неё.
— Да. Скорее всего это они и есть. Смотри сколько их в воде и на берегу. Они и подсвечивают берег. — Он осмотрелся вокруг и добавил, — Невероятно красиво.
Алекс встала на ноги и оглянулась по сторонам. Чёрно-синим одеялом окутало небо Глорию. Но, не смотря на все его старания, спрятать непревзойдённую красоту глорианской ночи ему не удавалось. Тамирон и его далёкие подружки-звёзды озорно и лукаво шкодили и рушили все планы сумрака. Их тёплый, как парное молоко, свет струился и согревал и без того жаркую ночь, отражаясь в игривых и ласковых водах океанической волны. Нежный шёпот прибоя как будто бы напевал какую-то хорошо знакомую, но давно забытую мелодию. И лёгкий ветерок. Он был как шёлковый платок, что струился по коже и неизбежно падал вниз. Волновал и одновременно успокаивал, дарил восторг и безмятежность. Он наполнял душу Алекс и Макса чем-то новым, неземным и непонятным.
— Смотри, — указала она рукой в сторону, — Похоже там небольшой залив. Идём туда?
Макс повернул голову влево. В пятистах метрах от них была небольшая лагуна, отделённая от необъятного океана барьерным рифом. И они отправились туда.
Макс шёл рядом с Алекс. Басаргин заметил, как его подруга изменилась с того дня, когда они в первый раз встретились. Внешне это было трудно увидеть. Но, не понятно почему, он её чувствовал. Он ощущал, как ускоряет свой ритм её сердце, как рвётся оно в поисках новых приключений и вперёд к поставленным целям. Макс чувствовал, как наполняется её грудь свежим морским воздухом, который освежает и бодрит. Как каждая мышца её молодого сильного тела сокращается и рождает новое движение, новый рывок вперёд, к тому, что её притягивает магнитом, к победе. Он восхищался всем, что было в ней: и внутри, и снаружи.
