Наконец, он почувствовал облегчение. Внутреннее пространство Фиолетовой Карты должно быть самым безопасным местом во всей вселенной для Рыбки. В частности, теперь, когда Фиолетовая Карта превратилась в Стену Вечного Бога, даже абиссали тотемного уровня не могли ее сотрясти.
«Однако та таинственная женщина, которая пожертвовала собой 10 миллиардов лет назад, как она связана с Бессмертным Сувереном? Она сама Бессмертный Суверен?»
Линь Мин посмотрел на Шэн Мэй. Было очевидно, что ответа на этот вопрос не будет. У Шэн Мэй просто не было ответов о том, что могло быть в ее прошлой жизни.
«Линь Мин, что ты пережил в последние годы?»
Шэн Мэй повернулась к Линь Мину, ее глаза были темными и наполненными множеством эмоций. Беспокойство, вина, радость… все виды чувств, смешанные вместе, таким образом, что даже сама Шэн Мэй не могла различить, что она чувствовала.
Она очень беспокоилась за Линь Мина. Но в то же время ей было трудно встретиться с ним лицом к лицу.
Подсознательно она хотела подойти к Линь Мину. Но в то же время она чувствовала, что он слишком далеко от нее.
Такое противоречивое мышление заставило Шэн Мэй почувствовать, что между ними оказалась невидимая стена.
Казалось, она всегда прогуливалась у этой стены, осторожно и вкрадчиво, не осмеливаясь ни на шаг отойти от нее.
«Слишком сложно описать все. Я отправлю тебе сообщение моим духовным восприятием».
Не было бы преувеличением сказать, что со времени расставания с Шэн Мэй жизненный опыт Линь Мина был наполнен множеством взлетов и падений.
Среди его переживаний были невзгоды и трудности, а также успешные возвращения и события, которые переломили ситуацию и подняли его дух.
Линь Мин распространил свое восприятие. Луч света ударил в точку между бровями Шэн Мэй.
С помощью этого луча, все, что Линь Мин испытал за последние 12 000 лет, было передано в духовное море Шэн Мэй.
Хотя передача мысли была очень быстрой, эта передача заняла четверть часа.
В этот период Шэн Мэй видела человека, который боролся со своей судьбой. Кого-то, кто, хотя он был маленьким и слабым, так и не поддался судьбе и не пал от рук сильных.
От страданий и отчаяния, до восхождения на вершину… много раз, он был не просто силен, но тверд и непреклонен в сердце.
Трудно было описать словами все, что испытал Линь Мин. После того, как Шэн Мэй увидела все это, она не понимала, что она чувствует в своем сердце. Восхищение, вина, печаль, душевная боль… калейдоскоп эмоций, которые запутывали ее чувства.
Через четверть часа Линь Мин отозвал свое восприятие. Шэн Мэй медленно успокоилась. Затем она посмотрела на Линь Мина, и, как будто решив прервать неловкое молчание, она неуверенно спросила: «С твоей женой и ребенком все хорошо…?»
Эта передача мыслей, которую послал Линь Мин, содержала не всю информацию. Подавляющее большинство подробностей было упущено. Например, Линь Мин не раскрыл ничего, касающегося его семьи или друзей.
Что касается информации, которую ему нужно было спрятать, например, о Кубе, он, естественно, тоже не вдавался в подробности.
Шэн Мэй увидела Магический Куб, когда Линь Мин сражался с Наследным Принцем Великого Потока. Она догадывалась, что такое Магический Куб, но тактично не спрашивала и сделала вид, будто не видела его.
«Мм, у них все хорошо».
Линь Мин подсознательно посмотрел на живот Шэн Мэй.
Увидев взгляд Линь Мина, Шэн Мэй прикусила губу и тихо прижала руки к животу.
С тех пор, как в ней появилась эта маленькая жизнь, Шэн Мэй чувствовала, что ее настроение уже не может напоминать неподвижную гладь озера, как раньше.
Теперь ее мысли были склонны к колебаниям. Что касается ее энергии, ранее она использовала все, что у нее было в погоне за пиком боевых искусств, но теперь она медленно переключала свое внимание на ребенка в животе…
В частности, после того, как она узнала, что у нее, возможно, была «прошлая жизнь», мысли Шэн Мэй были окутаны смутным туманом. Она не знала, каким будет ее будущее или где она в итоге окажется.
У нее было слегка зловещее предчувствие. Что касается ребенка в ее животе, он стал почти единственным оплотом покоя в ее жизни.
Этот ребенок уже был самой важной частью ее жизни.
Линь Мин уставился на Шэн Мэй. Затем он поднял руку и медленно протянул её к животу Шэн Мэй…
Шэн Мэй была поражена. Она подсознательно хотела сделать шаг назад, но, в конце концов, остановилась и позволила руке Линь Мина приблизиться.
Наконец, рука Линь Мина опустилась на гладкий живот Шэн Мэй. Его ладонь была теплой и несла своего рода онемение…
В этот момент время, казалось, замедлилось.
В этой подземной пещере воцарилась тишина. Рука Линь Мина нежно коснулась живота Шэн Мэй. У этих двоих были несравненно обширные духовные моря. Благодаря небольшому физическому контакту они могли почувствовать колебания души друг друга и магнитные поля жизни.
Такое чувство слияния их жизней было несравненно прекрасным.
И в этот момент Линь Мин также ясно почувствовал колебания жизни ребенка Шэн Мэй.
Эти колебания прекрасно вписывались в его сердце, связывались с его кровью…
Без сомнения, это был его ребенок.
