– О чем ты?! Я не понимаю, о чем ты говоришь. Это я звонил Сэ? Я приходил к твоему дому? Я?!
– А разве нет?
– Ынсо!
– Не называй меня так!
Ван, чтобы быть ближе к Ынсо, сидел, наклонившись всем телом на стол, на какое-то время замер, а потом откинулся назад. Его рубашка была, как всегда, свежей. Короткая стрижка, видимо сделанная только вчера или на днях, сильно молодила его. Желобок над верхней губой все так же выдавал его упрямство, а лицо озадаченного Вана сильно изменилось. Он отпил глоток кофе и снова посмотрел на Ынсо.
– Что ты такое говоришь? После того последнего звонка я так больше ни разу и не звонил. В тот день я перепил и позвонил совершенно неосознанно. Если я тебе это скажу, ты можешь и возмутиться, но в тот день я думал, что сойду с ума. Ты стояла рядом с Сэ такая красивая. Я даже и представить тебя такой не мог, что ты так расцветешь рядом с ним. Когда я услышал, что вы с Сэ поженились, я долго не мог поверить. А может, проблема была вовсе не в сиюминутном ощущении…
– Я пришла сюда не для того, чтобы это услышать.
– А что случилось? Из-за того, что ты вот так сидишь сейчас передо мной и я могу тебя реально чувствовать, когда-нибудь я обязательно захочу позвонить тебе. Но ты должна знать, что после того звонка я больше не звонил. Тем более зачем мне звонить Сэ? Что говорит Сэ?
Выражение Вана изменялось с каждым вопросом.
Ынсо замешкалась: «Что означают его слова?»
– Вы не звонили ему?
– Конечно нет!
– И вчера ночью не приходили на детскую площадку к нашему дому?
– Что еще за детская площадка?!
В это мгновение что-то тяжелое оборвалось в душе Ынсо. Она почувствовала, что Ван действительно не звонил. Ему были так непонятны эти странные вопросы, что он только молча смотрел на нее.
«Тогда что это было? – В душе Ынсо что-то надломилось. – Значит, Сэ все придумал? Зачем? Зачем ему так обманывать меня?!» – Ынсо растерялась, ничего не понимая.
– Скажите честно, вы и вправду не звонили?
– Не звонил.
Ынсо встала и посмотрела сверху вниз на Вана.
– Мне надо идти. – Она взяла сумку и вышла из кафе.
Ван даже не успел подумать остановить ее – так стремительно встала Ынсо. В окно он увидел, как она села в свою машину, припаркованную перед кафе: «Она умеет водить машину». Ынсо, видимо, от растерянности забыла завести мотор и просто сидела, она словно потеряла саму себя: «Да что ж это такое?!»
Ван рассчитался и вышел на улицу, постучал в окно машины Ынсо. Только тогда она завела мотор и уехала, смешавшись с потоком других машин. Ван остался стоять позади. Он видел, как ее машина остановилась на светофоре, и еще долго стоял и смотрел вслед, пока она вовсе не исчезла из виду.
«Что же надо делать сейчас?» – мысли путались, Ынсо не могла вести машину. Не сумев сохранить расстояние между идущими впереди машинами, она дважды чуть не столкнулась с ними и поняла, что так ехать больше нельзя, остановилась на обочине под деревьями и обхватила руками голову.
«Значит, Сэ испытывал меня? Чтобы выяснить, звоню я Вану или нет? Пойду я к нему или нет? – Она пришла в отчаяние: только сейчас Ынсо поняла, почему вчера ночью Сэ не открыл ей дверь. – Да, значит, он меня испытывал!» – Не замечая времени, она долго сидела в машине, потом повернула машину в сторону школы, где работал Сэ.
Села на ту же деревянную скамейку рядом с белым памятником, где они сидели в начале осени, в тот самый день, когда приготовила для Сэ обед. Пришлось ждать около часа, он вышел, молча сел рядом и сразу же закурил.
«Скоро зима. – Ынсо сидела и смотрела на осыпавшиеся листья на газонах и думала: – Что сказать ему? Прежде всего как?»
Сэ выкурил сигарету и сказал, вставая:
– У меня еще один урок остался.
Ынсо схватила за руку – Сэ поднимался со скамьи:
– Я только что встречалась с Ваном.
Молчание.
– Не подумай неправильно. Я ездила к нему, чтобы узнать, зачем он звонил тебе, зачем приходил к нашему дому вчера ночью и почему его не было, когда я вышла.
Молчание.
– Скажи честно.
Молчание.
– Зачем ты испытываешь меня?
– Чтобы ты изменилась.
– Я?! Не ты, а я?!
– Когда мы поженились, ты ни разу не волновалась так, как в день свадьбы, когда встретила Вана. Ты снова трепетала перед ним!
– О чем ты?
– Ты, может, и не замечаешь, а я не слепой!
– Я, честное слово, не хочу ничего менять в нашей жизни. Мне нравится, как мы сейчас с тобой живем.
– Говоришь «честное слово»? Но дело в том, что ты любишь только одного Вана.
Молчание.
– И еще в том, что я люблю только тебя, а ты на самом деле меня не любишь.
Молчание.
– Я любил только тебя. А ты любишь лишь Вана. Не грустно ли это?
– Что ты такое говоришь?
– А то, что мы с тобой как две стороны монеты.
Молчание.
– Знаешь ли ты, как горячо я молил прошлой ночью, чтобы ты не выходила на улицу? Потом я хотел попросить у тебя прощения за мои сомнения в тебе, но ты ушла. Я пошел за тобой. Если бы ты только сразу же вернулась домой, не увидев там Вана, было бы все хорошо…
– Ты следил за мной?
«Значит, прошлой ночью, когда я сидела на качелях и видела со спины какого-то похожего походкой на Сэ, так этот человек был не просто похож, это был сам Сэ…».
