Он был, безусловно, очень доволен собой. Он помахал рукой французам, которые теперь соревновались в курении с иракцами, устраиваясь на табурете поближе ко мне, и кивнул мне, словно говоря: «Позже поговорим». Я кивнул ему, как бы говоря, что не тороплюсь, но у меня было предчувствие, что скоро мы станем лучшими друзьями, и он предложит мне воспользоваться своим домом, машиной и женой, когда я в следующий раз приеду в Штаты.
Я только что наполнил маслом вторую булочку и отправил её в рот, когда передо мной появилась бейсбольная перчатка. «Привет, я Джейкоб. Как дела?»
Я быстро сглотнула, но мой ответ все равно вырвался наружу, осыпавшись крошками. «Нормально, а ты?»
«Хорошо, очень хорошо. Завтра важный день. Мой сын в городе».
На его футболке должно было быть написано «Самый гордый отец в мире». Значит, ни одно из его мирских благ мне не достанется.
«Здесь, в Багдаде?»
«Конечно. Он в 101-м, на севере. Я не видел его уже несколько месяцев. Я даже немного взволнован».
Принесли еду, и он принялся готовить себе рулет с яйцом и сыром. Я допил «Нескафе» и заказал ещё. Почему арабы подают его только в напёрстках? «Значит, вы приехали в Багдад, чтобы увидеть его?»
Он резал яйца, а его живот дрожал от смеха. «Чёрт возьми, нет. Я работаю в электросети – уже пять месяцев как снова в строю. У меня тут ещё один сын – пилот «Апачи». Круто, да?» Он лучезарно улыбнулся. «Ага, он к западу отсюда. Скоро поеду к нему. Он не может попасть в город».
Вошла группа американских бойцов, выглядевших так, будто им следовало бы носить школьные сумки на плечах, а не автоматы. Чёрт, я тоже так выглядел. Они выгрузили свою разгрузочную сумку и бронежилеты и бросили их возле диванов.
Джейкоб улыбнулся им, и они улыбнулись в ответ. Он вернулся к своей булочке и кофе. «Ага, следил за своими сыновьями ещё с Гренады». Он хихикнул так, что борода чуть не сползла с подбородка. «Мои сыновья ломают электричество, а их папаша получает контракт на его ремонт. Здорово, правда?»
Я рассматривал военно-промышленный комплекс США на самом низком бинарном уровне. «Похоже на идеальный семейный бизнес».
Он разразился смехом. «Откуда ты?»
«Великобритания. Я присматриваю за журналистом».
«Ты один из тех, кто ест змей? Эй, у меня самого их две».
«Судя по твоему виду, ты один из немногих людей здесь, кому они не нужны».
Ему это нравилось. Но это была правда. «Вы же знаете, компании должны заботиться о своих сотрудниках. Там творится настоящее безумие. Но я сам служил. Девятнадцать лет в 82-м полку. Чертовски горжусь этим».
Я подумал, что, возможно, сейчас самое время взяться за дело и стать белым. «Напоминает мне Боснию…»
Он стряхнул крошки с бороды и покачал головой. «На один концерт я так и не попал. У нас было не так уж много работы». Он кивнул в сторону французов. «Эти сдающиеся обезьяны, которые едят сыр, забрали большую часть».
Я улыбнулся, когда он засунул в рот очередной кусок сыра. «Что ж, похоже, боснийцы вот-вот сравняют счёт. Я слышал, они здесь в полном составе. Столкнулись ли вы с кем-нибудь по пути?»
Он покачал головой. «Не в игре в реконструкцию». Он подмигнул мне так, что напряглись почти все мышцы его лица. «Может, какая-то другая игра? У тебя там особый интерес?»
Я не ответил. «Касио» слегка заискрился, и отец Джонни начал наигрывать мелодию из фильма «Бонанзы». Война или нет, а семью кормить надо. Он щёлкал пальцами, закрыв глаза, словно музыка была вытатуирована у него под веками.
«Скажите, как долго вы здесь пробудете?»
«Не знаю», — сказал я. «Неделю или около того?»
«Круто, может, мы столкнёмся. Познакомишься с моим сыном».
В нашу сторону направились два человека с пулевидными головами, вооруженные MP5. Им не хватало только микрофонов, и они могли бы объединиться с боевиками CPA в аэропорту.
Джейкоб поднял руку, когда они подошли к нашему столику. «Привет, ребята, почти готово». Он закончил запихивать ломтики яйца в последнюю булочку и сплющил её в левую руку, затем встал и протянул мне другую руку для пожатия. «Приятно познакомиться. Слушай, я не расслышал твоего имени…»
«Ник, — сказал я. — Я тоже рад познакомиться. Надеюсь, ты увидишь своих сыновей».
Он кивнул. «Ага, я тоже на это надеюсь, Ник. Может, завтра увидимся». Его глаза заблестели. «Я присмотрю за тобой, боснийскими девушками…»
Он подошёл к двум BG и похлопал каждого по плечу. «Ну что, ребята, пойдём делать сок».
Он исчез под последние аккорды «Bonanza», и я допила остатки «Нескафе». Джейкоб, возможно, прав, это был Крейзивилль, но я определённо приняла правильное решение, приехав сюда.
32
Десять минут на пиво, чёрт возьми. Я пошёл и присоединился к соревнованию двойников Саддама на диванчиках; просто не стал пытаться заодно и накуриться до смерти.
