— Ой, держи, держи! — заволновалась Волынцева, видя, что Василий собирается отшвырнуть непонятное существо подальше от себя,
Торопясь развернуться, Марина захлестнула концы лыж и свалилась в рыхлый снег. В два шага Стоев оказался рядом.
— Не надо, сама! — замахала зоолог руками.— Прыгуна упустишь!
— Куда он денется,— усмехнулся Василий, прижимая зверька одной рукой и протягивая другую.
Но Марина быстро поднялась и принялась рассматривать пойманное животное. Отчасти оно напоминало земного зайца. Длинные сильные задние ноги и сильно опушенный хвост помогали животному делать большие прыжки. Округлые большие уши с жесткими щетинками по краям служили своеобразными усилителями звуков. Передние короткие лапы с коготками были хорошо приспособлены для рытья и ловли насекомых. По размерам зверек был немного поменьше зайца-беляка. Так же, как и у беляка, шкурка его была чисто белого цвета, что позволяло ему легко прятаться от хищников.
— Просто чудо, что он попался,— улыбнулась Стоеву Марина.— Сколько я ни ставила ловушек, он их легко обнаруживает.
Она, тронула за щетинки на ушке прыгуна, тот дернулся и попытался укусить зоолога за руку.
— Ага, неприятно,— отметила Марина и добавила, размышляя: — Может быть, у него это своеобразные локаторы? Во всяком случае он удивительно чуток и превосходно ориентируется в пространстве. И вот что я знаю после долгого наблюдения. Он никогда не прыгает от хищника в сторону, а всегда через него И, оказавшись за его спиной, в несколько прыжков уходит подальше, пока тот успевает повернуться. Хищнику приходится начинать сначала. Наконец он находит прыгуна. Тот подпускает его к себе совсем близко, и, когда хищник бросается, прыгун каким-то образом успевает среагировать на это движение и снова перемахивает через хищника за спину. Так продолжается, пока хищнику не надоест бесполезное занятие или его внимание не привлекает более доступная добыча.
— Вы чего отстаете? — окликнул их Никишин, замыкавший группу.
— Догоним, прыгуна вот поймали,— и Марина приподняла зверька, чтобы показать его геологу. Прыгун, казалось, только и дожидался этого момента. Сильно ударив задними ногами, он, перевернувшись в воздухе, упал в снег. Тотчас его тело забилось в мелкой дрожи, не то от страха, не то от холода.
— Ну вот,— огорчилась Волынцева.— По твоей милости я его как следует не рассмотрела!
— Велика ли беда! — улыбнулся геолог.— Куда он денется по такому рыхлому снегу.
Николай подошел к дрожащему зверьку, нагнулся, протянул руку и... словно подброшенный пружиной, зверек улетел метров на восемь-десять через голову незадачливого ловца.
— Пустое дело, Коля,— подъезжая к месту, где сидел прыгун,— сказала Марина. Она нагнулась и осмотрела ямку в снегу.— Ага, так я и думала!
— И что открылось глазу вдохновенного исследователя? — пошутил Никишин.
— Как ты думаешь, почему он дрожал? — ответила вопросом Марина.
— Тебя бы схватили сейчас какие-нибудь огромные существа — ты еще не так бы затрепыхалась,— сощурился в усмешке Николай.
— Этот зверек привык каждодневно смотреть опасности в глаза и далеко не труслив!
— Думаешь, от холода? — недоверчиво покачал головой Никишин.
— Нет, и не от холода. Просто он готовил себе в рыхлом снеге стартовую площадку для прыжка путем виброуплотнения.
Мужчины потрогали снег, где сидел зверек. Действительно, дно ямки было равномерно плотным и даже толчок задних лап при прыжке не оставил заметных следов.
— Вот это механика!— удивился Стоев.
— Хитер, ничего не скажешь. Но нам пора догонять группу.
Лыжники сошли на трассу и усиленно заработали палками...
Домик Байдариных открылся сразу. Он стоял на краю поляны, занесенный до окон снегом. Справа от него высилась мачта с флюгером и анемометром, а на невысоких столбах располагались датчики солнечной радиации, дождемер, барометр и другие приборы...
Внезапно из-за домика вылетел вездеход и, плавно покачиваясь, помчался навстречу лыжникам.
— Хозяева нас встречают,— удовлетворенно кивнул на вездеход Никишин.
Круто развернувшись, Байдарин затормозил вездеход метрах в десяти от геолога, отодвинул дверцу и, выпрыгнув, побежал, взрывая ногами пушистый снег, навстречу.
— Ну, привет! — Байдарин пожимал руки подходившим лыжникам.— Хозяйка вас заждалась... Обед сготовили на всю группу. Кто хочет, может принять ванну...
— Первому колонисту наш физкульт-привет! — радостно и дружно гаркнули биологи...
Снимая лыжи, входили в дом и постепенно обширная гостиная превращалась в зал ожидания точно на орбитальных трассах или межпланетных вокзалах. Кресел не хватало, и лыжники располагались на мягком ковре, сотканном умелыми киберами ткачихи-модельера имени Сомовой.
— Красиво как! — с восхищением рассматривая замысловатый рисунок ковра, сказала Ада.— Правда, Антон?
— Очень,— улыбнулся ей Кабанов.— Нам бы такой, хотя бы один на двоих. А, Женечка?
— Разве я могу отказать молодоженам? — засмеялась, Сомова.— Считайте, что ковер на всю ширину вашей каюты обеспечен.
— А мы еще не поженились,— серьезно сказала Ада.
