Выбрав у самой тропы подходящее дерево с хорошим обзором, Эдуард врезал в кору дерева датчик с таким расчетом, что виден был лишь небольшой кристалл, являющийся своеобразным глазом и ушами для телевизионных приемников. Прямо с приемника трансляция поступала на запись. Запрограммированный автомат затем производил монтаж, выбирая лишь те части, которые были важны для исследователя.
— Ну вот,— удовлетворенно потер руки Климов, теперь и у нас будет постоянная информация. Надо установить датчики на всех подходах к поселениям и на главных тропах. Тогда можно будет заняться изучением их языка...
Вечером, когда все развлекались стереофильмами, Никишин забрался в кабинет Байдарина и от нечего делать занялся просмотром записей метеоспутников. Отснятые с большой высоты части планеты на участках ясной погоды хорошо передавали крупные детали рельефа и геологические структуры. Геолог уже в который раз не мог отделаться от мысли, что большинство структур достаточно молодые и нет того большого разнообразия возрастных взаимоотношений, какими изобилует геологическое строение Земли. По всей вероятности, на планете была длительная фаза стабильности. В этот период сформировались наиболее древние и жесткие блоки коры планеты. Возможно, такой процесс стабилизации длился около миллиарда лет и лишь последние 300 — 500 миллионов на планете возникли какие-то мощные процессы, скорее всего, совпадающие с уходом звезды со стадии главной последовательности в область красных гигантов, которые разбили жесткие монолитные блоки коры или растянули их, так что появилась новая возможность для возникновения горных систем. Да, как ни крути, а можно выделить лишь две фазы горообразования: древнюю, которая появилась одновременно с разрушением жесткого основания коры, и молодую, возникшую около миллиона лет назад. Древние горные массивы хорошо отличаются своей сглаженностью за счет длительных процессов выветривания и смыва разрушенных пород. Именно в них установлены основные аномалии и разведаны несколько месторождений черных и цветных металлов. Молодые горные системы отличаются резко выраженным рельефом: острыми гребнями хребтов с отдельными пиками, крутыми склонами и большой высотой. К тому же они отчетливо секут древние сооружения...
Нет, пожалуй, он все-таки на правильном пути. Видимо, на конечной стадии главной последовательности звезды наступает окончательная стабилизация геологических процессов и лишь после мощного взрыва звезды, связанного с переходом в область красных гигантов, наступает новый цикл геологической деятельности на планете. Не с этой ли стабилизацией связывали астрофизики, и астрономы и развитие цивилизации? А может быть, она и существовала, но уничтожена тем же мощным взрывом, а эти аборигены уже результат развития нового биологического цикла? Тогда понятно, почему Климов находит лишь примитивные стоянки в пещерах и по берегам рек. Ведь все должно перестроиться, в том числе и речные системы, и эти стоянки представителей второго поколения человечества на этой планете, а остатки цивилизации, если она существовала, должны быть связаны с отложениями более древними, чем горные сооружения. И легче всего их обнаружить в хорошо обнаженных районах молодых горных систем, которые ни он, Никишин, ни Климов не изучали. Естественно, с геологической точки зрения они малоперспективны. Климов же справедливо полагал, что труднодоступные районы не место для поселения человека... Неужели это могло быть? Люди строили города и заводы, развлекались, любили друг друга и наступил миг, когда всего этого не стало... Как в том странном пророчестве о конце света из религиозных учений... А жизнь, этот удивительный процесс бесконечной трансформации кирпичиков мироздания, на обломках кошмарного ада строит свой закономерный мир, начиная все сначала...
— Вот ты куда забрался,— заглянула в кабинет Нина.— Сидим, грустим.
— Нет, скорее философствуем,— засмеялся Никишин.— Тем более, что и повода особого для грусти нет...
— Неужели?
Откровенно насмешливый взгляд Штаповой смутил геолога, но он подумал, что при всей профессиональной наблюдательности Нина не имела и малейшего повода заподозрить его в проявлении интимных чувств к кому-либо, так как он со всеми женщинами держался одинаково ровно. Сначала в этом была необходимость внутренней дисциплины на корабле, потом оказалось — поздно перестраиваться...
— Значит, все-таки нет?
— Нет,— убежденно ответил Николай.
Однако Нина успела заметить его минутное колебание.
— Слушай, Никишин, кому ты морочишь голову? Ведь щемит все-таки сердечко!
— Слушай, Штапова,— в тон ей ответил Николай.— Во-первых, оставь свои заблуждения при себе, а во-вторых, щемит или не щемит, это тебя не касается!
— Во-первых, Коленька,— передразнила его Нина, — Радина относится к тебе достаточно благосклонно. Она сделала паузу, с удовольствием полюбовалась выступившим на лице Николая румянцем и со вкусом закончила: — А во-вторых, Коленька, касается и по долгу службы, и по своим, часто внутренним причинам.
