Я хотела провалиться сквозь землю. Унижение от осознания правды и моей собственной лжи переполняло меня.
– Я...Я думаю, тебе пора, Бракс. Спасибо, что вернул мой телефон.
Бракс положил свою татуированную руку на сердце:
– Не хотел тебя смущать. Я же сказал, тебе нужно этим гордиться. Грейси, ты ранила меня.
– Мы с тобой даже не друзья и совсем не знаем друг друга. Не мог бы ты уйти, пожалуйста?
Его взгляд буквально приковал меня к полу, в нем промелькнула искра, и я не могу сказать, была эта искра злости или восхищения.
– Мы уже знаем друг друга сколько? Несколько часов? Теперь мы старые друзья. – Он подошел ближе, его тело наклонилось ко мне: – Мы целовались. Это делает нас "кем-то" по отношению друг к другу, так ведь?
– Вовсе нет.
Бракс потер свою нижнюю губу большим пальцем, изучая меня:
– Я планирую исправить это.
Глянув на него скептически, ответила:
– Я думаю, что как-то не вписываюсь в твою толпу.
– А кто тебе сказал, что я собираюсь делить тебя со своей или с чьей-либо толпой?
Краска стыда обожгла мою кожу, и я чувствовала, что жар растет, как ртуть в старом термометре.
– Это так мило, Грейси. Чертовски мило.
Я раздраженно выдохнула и, подняв на него взгляд, сказала:
– Спасибо еще раз за то, что вернул мой телефон, – я чувствовала себя в ловушке, в клетке, и просто хотела, чтобы он ушел, – мне нужно идти.
Бракс наклонил голову:
– Ну и куда ты собралась?
Схватив сапоги, я села на кровать, чтобы надеть их. Бракс был слишком напористым. Иррационально, раздраженно, непреодолимо напорист.
– На встречу со своим боссом, чтобы обсудить мой график работы. Я устроилась на работу в обсерватории.
Бракс оперся плечом о книжную полку и сложил свои татуированные руки на груди, рассматривая меня. Улыбнулся уголком рта:
– Работа, да? Ты меня выгоняешь, Грейси Бомонт?
Я посмотрела на него:
– Выгоняла я тебя пять минут назад.
Его улыбка стала еще шире, а белые зубы блеснули.
Несмотря на смелое признание моей как бы девственности и вопиющее проявление влечения, он был... Он был больше, чем очаровательным. Но меня и об этом предупредили. За его обаянием, остроумными замечаниями, сексуальным южным акцентом и хитрой улыбкой скрываются демоны. Страшные демоны. Я не была уверена, что он был ТАК опасен, как думала про него Тесса, но чувствовала, что он просто проводил со мной время. Очарованный скорее всего тем, что я не накручивала пряди волосы на палец, не вздыхала картинно и не бросалась ему на шею. Плюс ко всему он был уверен, что я девственница. А это в новинку для любого парня, что-то такое за гранью, запрещенное. Да это как красная тряпка для быка или как зеленый флаг для автогонщика.
Я уверена, ему интересно потому, что много девушек моего возраста уже расстались со своей девственностью в старших классах. А кто-то еще раньше. Но я здесь не для чьего-либо развлечения. И не собираюсь становиться чем-то новеньким для него или для кого-то еще. И... Я вообще не была такой, какой меня представлял Бракс.
Тем не менее при мысли о том, что он не желает делить меня ни с кем, у меня по телу пробежала нервная дрожь, а еще оттого, как в его присутствии комната становилась такой тесной, как он смотрел на меня своими всезнающими глазами. Тот спонтанный поцелуй запечатлелся у меня в голове сильнее, чем хотелось бы. Я не понимала этого, но оно случилось. У меня не было парня или даже дружеского свидания после той ужасной ночи с Келси Эвансом. От одной мысли о той ночи мои ладони стали липкими, а внутренности задрожали.
Он взволновал меня, как ему это удалось? Теперь я поняла его настоящий талант. Первый день с Браксом Дженкинсом, а меня уже искусно поцеловали, очаровали...И одновременно заставили почувствовать отвращение. Кто-то срочно должен хорошенько дать мне подзатыльник. Я никогда никому не признаюсь, что он меня очаровал. Унесу это с собой прямо в могилу.
Бракс широко мне улыбнулся и, выпрямившись, сказал:
– К счастью для тебя, у меня тренировка через тридцать минут, иначе я бы с тобой поспорил. Я покажу тебе короткий путь через кампус в обсерваторию.
Я встала с кровати, взяла ключи от грузовика, небольшую лоскутную сумку-мешок, которая служила мне кошельком.
– Я сама найду дорогу.
Он нахмурил свои темные брови, и его черные волосы упали на лоб.
– Давай, Грейси. Я знаю дорогу через кампус. Ты, в конечном итоге, пойдешь не в ту сторону, – он широко улыбнулся, – поверь мне.
Мы посмотрели друг другу прямо в глаза. В глубине его глаз был намек на что-то темное, запретное, что-то обещающее. Небольшая улыбка скользнула по его губам, и я выдала:
– Хорошо, спасибо.
– Да без проблем, – он провел рукой по книжной полке. – Ты сама ее собрала?
– Да.
Он кивнул:
– Хорошая работа.
Я посмотрела на него. На секунду бабник пропал, он выглядел реально впечатленным. Наклонив голову, смущенно сказала:
– Спасибо.
