— Гарри получил бы безоговорочную поддержку западной знати и многих восточных правителей. Но без законных прав на престол многие, кто в ином случае поддержал бы его, выступят против из-за той клятвы. Так что единственный человек, который мог бы предотвратить гражданскую войну, с наибольшей вероятностью её и спровоцирует, если кто-то выдвинет его кандидатуру.
— Не завидую тебе, — сказала Миранда.
Эрик горько усмехнулся:
— А я себе. Но хватит о королевских делах. Ты хотела, чтобы я помог организовать оборону цурани? Тогда мне нужно собрать вещи и отправиться в путь. Каждый день на счету.
Он поднялся, и Миранда вновь увидела в нём не дряхлого старика, а того самого легендарного командира, о подвигах которого слагали песни.
— Думаю, мне стоит начать с визита к Гарри в Крайди. Если кто и сможет убедить западных лордов помочь цурани, так это он.
— Единственный другой наследник мужского пола из рода кон Дуанов сейчас — ребёнок, принц Оливер, сын покойного брата короля Ричарда. Ему шесть лет.
Миранда повернулась к окну. Наступал вечер.
— Я оставлю вас, лорд Эрик. Когда вы сможете присоединиться к цурани?
— Я привёл дела в порядок, и мой преемник прибудет завтра. Лорд Джон де Врис из Бас-Тайры приедет до полудня, форсированным маршем из Саладора. Мне предстоит вытерпеть один из приёмов Эдмунда, а завтра состоится официальная церемония передачи полномочий и моя отставка. — Он усмехнулся. — Принц непременно наградит меня землями, которые мне никогда не увидеть, и доходами, которые мне никогда не потратить. Короче говоря, я буду готов присоединиться к вам через три дня.
— Я сама приду проводить вас к разлому, — сказала Миранда, затем сделала паузу. — Можно предложение?
— Какое?
— Если король не выживет, — осторожно продолжила Миранда, — возможно, принцу Эдмунду стоит отправиться в Рилланон и предложить себя в качестве…
— Регента при маленьком принце Оливере, — закончил Эрик, усмехаясь. — Я уже обсуждал этот вариант с лордом Джеймсом из Рилланона.
— Накор говорил мне, что ты необычайно сообразителен для кузнеца, — заметила Миранда.
Эрик взглянул с сожалением:
— Бывают дни, и завтра, похоже, будет именно таким, когда я жалею, что вообще ушёл из кузницы.
— Понимаю. Значит, через три дня.
— Через три дня.
Миранда исчезла, а Эрик остался сидеть, погружённый в раздумья.
Каспар передвинул коня.
— Шах.
Генерал Пракеш Аленбурга вздохнул:
— Сдаюсь. — Он откинулся на спинку кресла. — Ты по-прежнему лучший противник за многие годы, Каспар.
— Мне просто повезло, — ответил Каспар. — К тому же вы рассеянны, генерал.
— Верно. Я говорил с махараджей о твоём… предложении.
Каспар ждал этого разговора. Он прибыл в столицу молодого, полного сил королевства Мубоя двумя днями ранее и застал город в периоде процветания. На утёсе, где прежде стояла древняя цитадель, напоминавшая Каспару его родной Оласко, возводили новый дворец. Казалось, века прошли с тех пор, как он жил там.
— И как он отреагировал?
Аленбурга откинулся, его грубоватые черты лица застыли в задумчивости:
— Учитывая, что ты даже не знаком с нашим правителем, ты удивительно точно угадал его характер.
— Годы тренировки, — сухо ответил Каспар. — Когда пытаешься не дать соседям раздавить тебя, параллельно пытаясь раздавить их.
Аленбурга рассмеялся:
— Отлично сказано. Как ты и предлагал при нашей последней встрече, махараджа выдал младшую сестру за второго сына короля Оканалы, обезопасив южные границы.
— Однако вышло так, что новая принцесса Оканалы не выносит прикосновений принца, а он, похоже, и сам не слишком стремится к близости, предпочитая кутить с приятелями, проигрывать отцовское королевство в карты или тратить золото на гоночные суда, если ты можешь представить себе подобное расточительство.
— Твоё предложение принять армию, готовую принести присягу нашему правителю, — и поселить эти войска на юге, у самых границ Оканалы, — весьма заинтересовало махараджу. Однако его беспокоит вопрос: где будет истинная преданность этих воинов — их собственным командирам или махарадже? — Генерал развёл руками в неуверенном жесте.
Каспар пожал плечами. Реакция была вполне ожидаемой.
— Полагаю, слово чужеземца мало что значит? Это самые обязательные люди из всех, кого я встречал. Если они принесут присягу махарадже, то по его приказу отрежут себе большие пальцы.
— Я верю тебе, Каспар. За время наших недолгих встреч я, кажется, научился тебя понимать. Ты был гордым человеком, которого жизнь смирила, и ты более чем способный военачальник. Да и правителем тоже был, если не ошибаюсь, или, по крайней мере, занимал высокое положение по праву рождения.
— Вы хорошо меня прочитали, — сказал Каспар.
— Ты никогда не лгал мне, хотя, возможно, у тебя не было причины: если бы она была, ты, несомненно, лгал бы так же убедительно, как молодая куртизанка, пытающаяся убедить богатого старика, что любит его.
Каспар рассмеялся:
— Бывало, я уходил от правды, когда это было мне выгодно.
— Так что ты предлагаешь?
