— Один вопрос, — сказал Джим.
— Какой?
— Кто или что такие Квор?
Каспар сказал:
— Я всегда думал, что это просто место на карте.
Томас склонил голову:
— Они — древнейшая раса этого мира, его сердце. Если твари из Пустоты уничтожат их, ничто не остановит дасати. Эти эльфы, называющие себя Детьми Солнца, всегда были хранителями Квор.
— Где они находятся? — спросил Джим.
— Высоко над нами, — ответил Томас. — В Пиках…
— …Квора, — хором закончили Каспар и Джим.
Томас без лишних слов развернулся и направился к воротам поселения. Он быстро спустился на луг, где гигантский красный дракон терпеливо ждал, чтобы отнести его домой.
Джим повернулся к Каспару:
— И что теперь?
— Идём на охоту, — ответил Каспар, — если, конечно, ты не хочешь питаться орехами и сушёными фруктами следующие несколько дней.
Джим вздохнул:
— Если придётся. Хотя я никогда не был хорошим охотником.
— Научишься, — хлопнул его по плечу Каспар. — Пойдём, обсудим с нашими новыми друзьями организацию новой охоты. Будем надеяться, что успеем добыть что-то стоящее, прежде чем Томас вернётся и спугнет всю дичь. В том стаде был большерогий олень, я уже предвкушал оленину на ужин.
— Прости, — пробормотал Джим, всем сердцем желая, чтобы уговорил Томаса высадить его по пути в Крондор. Вот это было бы зрелище — гигантский красный дракон, приземляющийся на княжеском плацу! Как бы это впечатлило леди Мишель де Фрашетт и её отца, графа Монтагрена!
Он вздохнул, гадая, увидит ли ещё когда-нибудь Мишель… и вспоминает ли она о нём. Отбросив эти мысли, Джим последовал за Каспаром обратно в главный зал Баранора.
Миранда нервно шагала взад-вперед.
Аленка и остальные Всемогущие собрались на неформальный совет в саду Города Магов, где располагалась Ассамблея. Старейший из присутствующих (не считая самой Миранды) наблюдал за её метаниями с лёгкой усмешкой.
— Тебе стоит присесть и успокоиться, — посоветовал он. — Это помогает яснее мыслить.
Она отрицательно мотнула головой, не прекращая ходить.
— С ясностью моих мыслей всё в порядке. Проблема в том, что мы до сих пор не нашли Лесо Варена.
Матикал, коренастый маг средних лет с выбритой головой, больше похожий на кабацкого забияку, чем на мастера магии ясновидения, хрипло произнёс:
— Каждый член Ассамблеи, каждый жрец всех орденов и каждый маг Малого Пути, до которого мы смогли добраться, знает, что искать. Мы использовали все доступные искусства обнаружения и прорицания, чтобы найти следы некромантии. Как только появится малейший намёк на его магию смерти, мы набросимся на него и уничтожим, чего бы это ни стоило.
Миранда остановилась. Она осознала, что этот человек готов отдать жизнь, чтобы уничтожить Варена, и поняла, что каждый член Ассамблеи также готов умереть, лишь бы устранить угрозу мидкемийского некроманта.
Её положение в Ассамблее всегда было непростым. До вмешательства мужа и возвышения Императрицы любая женщина с магическим даром предавалась смерти. Лишь в последнем столетии женщинам разрешили открыто практиковать магию, и многие традиционалисты всё ещё с трудом принимали чёрные мантии «сестёр», не говоря уже об этой неотёсанной дикарке с другого мира. Только брак с Миламбером, величайшим из Всемогущих, заслужил ей их снисходительное признание.
Но покушение на Императора изменило всё. Теперь её слова внимательно выслушивали, каждое предложение взвешивали. Была совершена немыслимая для Всемогущих дерзость — попытка уничтожить Свет Небес, и перед этой угрозой все разногласия отошли на второй план.
— Возможно, он бежал обратно в ваш мир, — предположил Аленка.
Миранда резко покачала головой:
— Нет. Мой муж не знает равных в искусстве разломов. Перед отъездом он установил защитные чары. Если бы кто-то открыл разлом в Мидкемию, мы бы это обнаружили.
— Тогда он затаился, — заключил Матикал.
— Простите моё нетерпение, — сказала Миранда. — Ненавижу быть в положении, когда приходится ждать, пока враг сам себя обнаружит. — Она указала на север, будто могла разглядеть далёкие горы сквозь стены. — Он прячется где-то в горной пещере. — Затем махнула на юг. — Или в хижине в глухом углу какого-нибудь жалкого болота — за свою жизнь он перенёс и не такое, если верить слухам. Но он будет ждать сколько потребуется, а затем нанесёт удар. И нам остаётся лишь надеяться, что в следующий раз это будет не хуже, чем прошлая атака.
— А что может быть хуже покушения на Императора? — спросил Аленка.
Без тени улыбки Миранда ответила:
— Успешное покушение на Императора.
В комнате повисла тишина.
Через мгновение Миранда заявила:
— Я больше не могу здесь ничего сделать. В Мидкемии назревает ситуация, которая может оказаться обратной стороной той чудовищной опасности, с которой мы все столкнулись здесь. Вы знаете, как связаться со мной в случае необходимости.
